марафонец (marafonec) wrote,
марафонец
marafonec

Categories:

До восстания в Варшавском Гетто

https://cont.ws/@metafor/1071221/2018/09/21/

Здравствуйте, уважаемые читатели.
Копипаста вызвана следующим:


Далее предлагаю "состыковать" самостоятельно, соответственно ума и совести ваших...

"В апреле-мае 1943 года на территории варшавского гетто произошло событие, которое до сих пор остается практически неизвестным. Речь идет о восстании, положившем начало цепной реакции восстаний, поднятых евреями в Польше. Более того, восстание в варшавском гетто стало первым вооруженным выступлением в оккупированной немцами Европе. Какова была цель этого восстания? На что рассчитывали повстанцы, выступившие против вооруженных до зубов эсэсовцев? Была ли возможность уцелеть? Об этом и пойдет речь в нынешней статье.

Предыстория

Рассказ об этом восстании справедливо будет начать с небольшого экскурса в довоенную историю Польши. В 1918 году на обломках Российской, Германской и Австро-Венгерской империй после 123 лет небытия возродилось польское государство. Межвоенная Польша, в отличие от Польши современной, была, пожалуй, самым разношерстным в религиозно-этническом отношении государством Европы. Титульная нация – поляки – составляла около 68% населения. Остальные же 32% составляли украинцы, евреи, белорусы, русины и прочие народности.

В Польше, как и во всей межвоенной восточной Европе, особенно остро стоял так называемый «еврейский вопрос», и этот период изобилует многочисленными эксцессами, связанными с попытками его разрешения. Бывший депутат Госдумы II и III созывов, а впоследствии лидер польской национал-демократической партии (Endecja, ND) Роман Дмовский был одним из идеологов польского национализма и антисемитизма. Его партия ратовала за исключение евреев из политической и общественной жизни страны. Боевые группы НДП Романа Дмовского принимали участие в еврейских погромах, бойкоте еврейских магазинов, а также антиеврейских манифестациях, нередко принимавших форму факельного шествия.

Ситуация изменилась в 1926 году, когда в результате «майского переворота» к власти в Польше пришел маршал Юзеф Пилсудский – социалист, из всех национальных меньшинств наиболее лояльно относившийся именно к евреям. Положение «поляков иудейского вероисповедания» (именно такой термин для обозначения евреев был введен при переписи населения) заметно улучшилось. Новая волна антисемитских выступлений началась после смерти маршала Пилсудского в 1935 году.

Справедливости ради стоит отметить, что, в отличие от гитлеровской Германии, в Польше преступления, совершенные против евреев, наказывались по всей строгости закона. Еврейские погромы пресекались полицией, а виновные представали перед судом. Кроме того, профессура Варшавского, Львовского, Виленского и других университетов, а также большая часть интеллигенции в целом выступала с острой критикой антисемитских выступлений.

На момент начала Второй Мировой войны (1 сентября 1939 года) еврейское население Польши составляло 3,5 миллиона человек. Самым «еврейским» городом страны была Варшава, где проживало около 350 тысяч представителей «поляков еврейского происхождения». В конце сентября 1939 года, после двухнедельной осады, город был взят немцами. 5 октября того же года, на площади Пилсудского прошел военный парад в честь победы, который принимал лично фюрер. Еврейское население оказалось в смертельной опасности.

Начало оккупации: создание гетто

Уже в первые месяцы оккупации все евреи были обязаны носить распознавательный знак — звезду Давида. В фильмах о Холокосте эти распознавательные знаки почти всегда имеют форму нарукавной повязки с синей звездой. На самом деле это далеко не всегда выглядело так. Такие повязки действительно использовались в Варшаве, но в других городах Польши чаще всего евреи носили нагрудные нашивки в форме звезды Давида желтого цвета.

Интересным фактом является то, что такие нарукавные повязки в первые месяцы оккупации охотно носили поляки. Все потому, что в то время въезд в Германию евреям был категорически запрещен. Таким образом, евреев нельзя было забрать на принудительные работы на территории Рейха. Именно поэтому, дабы избежать участи «остарбайтеров», некоторые поляки шли на хитрость и носили нарукавные повязки со звездой Давида или даже заучивали наизусть отельные фразы на языке идиш.

План варшавского гетто

Новые хозяева оккупированной Польши, получившей теперь официальное название Генеральной Губернии, сразу же взялись за создание гетто в больших городах. Самое крупное гетто было создано в Варшаве. В первые месяцы оккупации всем евреям, находящимся на тот момент в столице Польши и ее окрестностях, было приказано встать на учет у новых властей. Позднее в варшавское гетто стали свозить евреев со всей оккупированной Европы и из Германии. После регистрации и получения новых, оккупационных удостоверений личности (Kennkarte), евреев, вне зависимости от их прежнего места жительства, переселяли в еврейский квартал Варшавы, находящийся в центре города. Таким образом было переселено около 100 тысяч поляков, получивших взамен квартиры евреев, и около 130 тысяч евреев.

Первоначально евреям разрешалось свободно ходить по городу. Существовало лишь несколько мест, где евреям появляться было категорически запрещено. Это был так называемый «немецкий квартал», где расквартировывались немецкие военные и гражданские чиновники высшего ранга. Вход туда полякам был также ограничен – только по особым пропускам. На улицах Варшавы появились трамваи «Nur für Juden» («Только для евреев»). Такие трамваи также обозначались звездой Давида.

Уже в конце 1939 года немцами был создан так называемый юденрат (Judenrat) – еврейский совет, ставший официальным органом власти варшавского гетто. Главой этого совета был назначен инженер Адам Черняков. Этот орган под другим названием существовал и до войны, но имел совсем иные функции. Все распоряжения немецких властей отныне издавались от имени юденрата, создавая видимость неучастия самих немцев в последовательном процессе уничтожения еврейского населения.

Групповое фото еврейских полицейских

В ведомстве этого органа находилась и еврейская полиция (Jüdischer Ordnungdienst), занимающаяся поддержанием порядка на территории гетто. Первым комиссаром еврейской полиции стал Юзеф Шерынский – полукриминальный элемент, еврей по происхождению, сменивший в молодости веру на католическую и до конца жизни бывший последовательным антисемитом. Стоит отметить, что в «арийской» части Варшавы действовала собственная полиция, получившая из-за характерного цвета униформы название «гранатовой» (Policja Granatowa). В ее рядах служили поляки.

Ограничения для евреев

С начала 1940 года немцы постепенно ужесточали репрессивные меры по отношению к евреям. В январе вышло постановление, запрещающее евреям выпекать и продавать хлеб на территории гетто. Позднее этот запрет распространился на все продовольственные товары. Были заблокированы все банковские счета евреев. Был установлен максимальный размер заработной платы для евреев – около 250 злотых (буханка хлеба весной 1940 года стоила 10 злотых, а летом 1942 – 40 злотых).

Гетто было оцеплено деревянными ограждениями и колючей проволокой. В том же 1940 году евреям было запрещено покидать пределы гетто без особого на то позволения. Наказанием за нарушение данного распоряжения было тюремное заключение. Впоследствии евреям запретили пользоваться и поездами.

Варшавское гетто в мае 1941 года

Осенью 1940 года, дабы воспрепятствовать проникновению евреев в «арийскую» часть Варшавы, немцы решили огородить гетто каменной стеной высотой 3,5 метра. Руководил процессом строительства все тот же юденрат во главе с Адамом Черняковым.

Для постройки стены использовались кирпичи, полученные при разборке жилых и хозяйственных построек на территории гетто. Несмотря на то, что большое число построек в гетто было разобрано для этой цели, некоторую часть строительных материалов все же пришлось закупить у немцев, причем за деньги, собранные юденратом с самих жителей гетто. Строительством стены, под бдительным надзором польской полиции и солдат СС, занимались сами евреи.

Таким образом, по приказу (де-юре) евреев, руками евреев и на деньги евреев была возведена стена, заключившая 450 тысяч евреев на четырех квадратных километрах. В среднем на одну жилую комнату в варшавском гетто приходилось 10 жильцов. По всему периметру гетто располагалось въездные ворота, охраняемые еврейской полицией и эсэсовцами. При любой попытке несанкционированного выхода из гетто открывался огонь на поражение. Гетто перешло в автономный режим существования. Ловушка захлопнулась. В страшной тесноте и антисанитарии люди пытались выжить.

Несмотря на крохотный размер, гетто было поделено на две части – малое и большое. Между ними располагалась улица арийской части Варшавы. Первоначально между двумя частями гетто не должно было быть никакого сообщения. Впоследствии немцы разрешили построить деревянный мост, проходящий над стеной и соединяющий эти две части.

Оно же, тогда же

Социальная структура жителей была четко выражена с первого дня его существования. Элиту гетто (если такое понятие вообще уместно) составляли члены юденрата, полицейские чины, а также некоторые состоятельные евреи из числа довоенной буржуазии. Положение этих групп населения было относительно хорошим. Специально для них в гетто из арийской части привозились колониальные товары, белый хлеб, кондитерские изделия, кошерное мясо, свежие овощи и фрукты, работали увеселительные учреждения – питейные и даже дома терпения.

Чуть позднее к элите присоединилась еще одна категория людей – владельцы бюро ритуальных услуг. Этот вид деятельности был очень востребован в варшавском гетто, так как уровень смертности на переломе 1941-42 годов достиг катастрофических размеров. Главной причиной смерти был не голод, а сыпной тиф, получивший распространение из-за антисанитарии. Большая часть похорон финансировалась юденратом, так как большинство запертых в гетто людей просто не могло позволить себе оплатить их. В таком случае родственники выносили тела своих умерших на улицу.

Ранним утром по еще пустынным улицам ехало сразу несколько конных экипажей, собирая обнаженные тела умерших, одежду с которых снимали либо родственники, либо случайные прохожие в надежде продать или выменять ее на продовольствие. Нередко проходящие мимо этих обнаженных тел люди прикрывали несчастных старыми газетами. Многие люди, изнемогая от усталости и голода, падали замертво прямо на улице, но на них никто не обращал внимания – это стало слишком привычной картиной, чтобы кого-либо тронуть.

Сносным было также положение наемных рабочих, прикрепленных к работодателям на арийской стороне. Несмотря на мизерные зарплаты, они могли легально покидать пределы гетто. Такие люди имели возможность обменивать товары, имеющие какую-либо ценность, на предметы первой необходимости — продовольствие, медикаменты, средства гигиены и др. Вскоре немцы осознали свое упущение, которое многими было ошибочно принято за своего рода поблажку. Чтобы предупредить вывоз ценностей из гетто, а также проникновение продовольствия, немцы регулярно устраивали обыск нескольких случайно выбранных рабочих, покидающих либо возвращающийся обратно в гетто. В случае нахождения «контрабанды» уличенных расстреливали на месте.

Сыны Израилевы. Часть I

Рабочие, трудоустроенные на территории самого гетто, делились на насколько категорий. Первую (высшую) категорию составляли немногочисленные представители «свободных профессий»: бухгалтеры, цирюльники, врачи, поступившие на службу к немцам. Таким людям на какое-то время улыбнулась судьба. Они жили чаще всего в отдельных квартирах, имея неограниченный доступ к таким дефицитным в гетто товарам, как хлеб, мясо и масло.

Во вторую категорию входило несколько тысяч варшавских евреев, трудоустроенных в фабриках, принадлежащих крупным немецких предпринимателям. На фабрике Тоббенса и Шульца (Toebbens und Schulz), к примеру, производилось обмундирование для немецкой армии. Также на территории гетто находилась фабрика по производству щеток с прилегающими к ней бараками для работников. Им регулярно выдавался продовольственный паек, а также жалование, хоть и совсем мизерное. Владельцы фабрик старались максимально избегать текучести кадров, так как это пагубно сказывалось на качестве изготовляемой продукции, что делало статус работников относительно стабильным.

Все вышеперечисленные категории людей имели, согласно распоряжению оккупационных властей, так называемые «рабочие карточки» (Arbeitskarte). Наличие постоянной рабочей карточки являлось большой удачей, так как только ее наличие могло обеспечить выживание в условиях ограниченного доступа к товарам первой необходимости. К сожалению, большая часть жителей гетто карточек не имела. К таким людям относился обслуживающий персонал больниц, работники детских домов и приютов для сирот (самым знаменитым опекуном одного из детских домов в Варшавском гетто был Януш Корчак – врач, публицист, бывший офицер царской армии, участник Русско-японской войны 1905 года), работники немногочисленных магазинов промтоваров, уборщики улиц и т.д. Эти люди перебивались случайным заработком, и их положение было крайне тяжелым. Работа для них служила лишь прикрытием. Их настоящим занятием чаще всего была организация нелегальных поставок дефицитных товаров в гетто.

Януш Корчак

В самом низу иерархии варшавского гетто находились так называемые «дикие люди». Так называли скрывающихся от немцев евреев, не имеющих никаких документов. При обнаружении таких людей их в лучшем случае передавали гестапо, а в худшем – расстреливали на месте.

На территории гетто находилась также знаменитая тюрьма Павяк (производное от названия улицы – Pawia). Туда свозили не только евреев, но и поляков. О кровавых расправах над узниками этого места ходили зловещие слухи.

В период с ноября 1940 по июль 1942 года от голода, болезней и в результате периодических карательных операций погибло около 100 тысяч человек. Места на переполненном еврейском кладбище не хватало даже для братских могил. Время от времени в гетто просачивалась скупая информация о поражениях вермахта на восточном фронте, что позволяло его жителям несколько воспрянуть духом.

Несмотря на ужасающие условия существования, никто всерьез не задумывался об организации вооруженного сопротивления немцам. Кроме того, оккупационным властям удалось воплотить в жизнь старый принцип – Divide et impere. Гетто представляло собой очень разобщенную в социальном отношении структуру, где каждый старался, в первую очередь, обеспечить выживание себе и членам своей семьи.

Сыны Израилевы. Часть II

Служащие юденрата и еврейской полиции были самыми ненавистными обитателями гетто. Их привилегированное положение и косвенная связь с оккупационными властями сыграли свою роль в создании общественного мнения. Не было единомыслия и среди молодежи. Довоенные еврейские молодежные организации зачастую имели взаимоисключающие взгляды. Даже в условиях мировой войны никто из них не хотел идти на компромисс во имя борьбы с общим врагом.

Grossaktion – ликвидация гетто

Тем временем в январе 1942 года в Берлине прошла конференция, где немцами была утверждена доктрина Endloesung – окончательного разрешения еврейского вопроса, согласно которой все евреи оккупированной Европы подлежали уничтожению. Ликвидация польских евреев была признана первоочередной задачей. Таким образом, ликвидация варшавского гетто стала вопросом времени.

Первый вестником надвигающихся страшных событий в варшавском гетто был ряд на первый взгляд спонтанных карательных операций немцев. Под покровом ночи эсэсовцы входили в гетто, выводили людей из их домов и расстреливали, оставляя тела лежать на месте казни. Причем жертвами этих операций стали представители так называемой «элиты» гетто – состоятельные люди и члены юденрата, до той поры абсолютно уверенные в своей неприкосновенности. Теперь стало ясно, что никто из узников гетто не мог чувствовать себя в безопасности.

22 июля 1942 года комиссар СС Герман Голфе вызвал к себе председателя юденрата Адама Чернякова, сообщая ему о начале операции под кодовым названием Grossaktion. Голфе потребовал от Чернякова оповестить население варшавского гетто о начинающемся «переселении работоспособного населения на восток». Минимальная дневная квота переселенцев должна была составлять 10 тысяч человек, вне зависимости от пола и возраста. Значение имело лишь способность работать на благо Германии.

Из приказа о «переселении» были исключены члены юденрата, служащие полиции (на некоторое время), а также рабочие немецких фабрик, расположенных на территории гетто. Тем не менее, Черняков отказался подписывать прокламацию. Скорее всего, он догадался, что речь идет не о переселении, а об уничтожении евреев. На следующий день Черняков покончил с собой, оставив предсмертную записку, в которой написал, что не смог подписать смертный приговор своему собственному народу.

Адам Черняков

Несмотря на самоубийство Чернякова и его отказ подписать прокламацию, подготовленную немцами, акция ликвидации гетто началась без промедления, 22 июля. В первый же день на восток отправилось около 10 тысяч человек. Конечным пунктом этого «переселения» был лагерь смерти Треблинка-2, где несчастных ждала смерть в газовых камерах с последующей кремацией, но об этом было известно только самим немцам. Впоследствии дневная квота депортации дошла до 18 тысяч человек – 3 полных железнодорожных состава в день.

Селекция и погрузка людей в вагоны осуществлялась в месте, называемом умшлагплацом (нем. Umschlagplatz – «перевалочный пункт»). Селекция являлась пустой формальностью, с помощью которой немцы пытались убедить евреев в том, что их действительно везут на принудительные работы, а не в лагерь смерти. Некоторые люди, чтобы избежать депортации, специально наносили себе увечья.

Выполнение «дневных норм» депортации находилось в компетенции еврейской полиции гетто. Каждый сотрудник полиции был обязан ежедневно привести на умшлагплац определенное количество людей. В случае невыполнения дневной нормы депортации подвергались члены семьи самого полицейского. Именно поэтому приказ немцев выполнялся с особым усердием.

Первоначально главным методом были так называемые блокады: полицейские оцепляли дом либо целый квартал, врывались в квартиры, подвальные и чердачные помещения, выводя всех, кого они там заставали, на умшлагплац. За 3 месяца акции ликвидации еврейские полицейских начали ненавидеть больше, чем самих немцев. В конце августа даже такие меры принуждения перестали приносить результаты – на умшлагплац приводили все меньше людей.

Умшлагплац

Тогда немцы пошли на очередную уловку – выдачу трех килограммов хлеба и одного килограмма мармелада всем евреям, добровольно согласившимся на депортацию. Эта мера оказалась очень эффективной. Голод стал настоящим бичом для обитателей гетто. Именно поэтому перспектива получения такого большого количества свежего хлеба и мармелада после нескольких лет жизни на грани голодной смерти была сильнее страха умереть в газовой камере. «Если бы нас везли на смерть, то разве давали бы столько хлеба?!» – такое мнение бытовало в то время.

Тем временем в гетто из арийской части города стала просачиваться информация о Треблинке. Станционный смотритель-поляк, член Армии Крайовой, сообщил, что составы с людьми шли по направлению в лагерь, а возвращались пустыми. Станция Треблинка была тупиковой. Не наблюдалось также поездов снабжения с продовольствием или медикаментами. Кроме того, разведка Армии Крайовой доносила, что территория лагеря составляет всего несколько гектаров и размещение уже более 200 тысяч вывезенных из варшавского гетто (и не только) евреев не представляется возможным. Окончательно развеяли все сомнения составы, груженые одеждой и обувью, возвращавшиеся оттуда. Стало ясно, Треблинка – это лагерь смерти.

Эта новость не произвела на жителей гетто должного впечатления. Люди продолжали идти на умшлагплац в надежде получить заветные 3 килограмма хлеба. Никому не хотелось верить, что это западня. Grossaktion длилась до 21 сентября 1942 года. За это время немцам удалось вывезти в Треблинку около 270 тысяч варшавских евреев. Население гетто сократилось до примерно 70 тысяч жителей.

Мемориал в Треблинке

В последнем составе, отходящим в Треблинку, оказалось 2500 еврейских полицейских. Использовав их в своих целях, немцы решили от них избавиться, оставив в живых около 250 полицейских, которые должны были поддерживать порядок в гетто. Появилось огромное количество пустующих домов – целые вымершие кварталы. Впоследствии немцы сократили площадь гетто до его малой части, в которой находились фабрики, комендатура еврейской полиции, умшлагплац, а также здание юденрата. Никакой радости, связанной с окончанием акции ликвидации, не было: обитатели гетто прекрасно понимали, что немцы обязательно вернутся и довершат начатое.

продолжение читайте в источнике:Рождение движения сопротивления в варшавском гетто (https://fakel-history.ru/vosstanie-v-varshavskom-getto-chast-1/)

Внимание. Поскольку тема острая, любые расистские, шовинистские и прочие в таком же роде высказывания будут удаляться, а их авторы - баниться.
Tags: Восстание в Варшавском Гетто
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments