марафонец (marafonec) wrote,
марафонец
marafonec

Category:

Спор о допустимости нецензурной лексики в кино и публичном пространстве обострился

https://zen.yandex.ru/media/id/5b1548cf77d0e6b3a92abb80/spor-o-dopustimosti-necenzurnoi-leksiki-v-kino-i-publichnom-prostranstve-obostrilsia-5c1ced0e35c69400a985992b?from=channel/2018/12/21/

«Использование мата – это попытка доказать себе и другим свою состоятельность, когда почему-либо в ней внутренне сомневаешься»

Сергей Черняховский
Спор о допустимости нецензурной лексики в кино и публичном пространстве обострился. И есть те, кто публично заявляют, что лучше вообще не будут снимать кино, чем снимать его без мата.

Доводы за мат – «без него кино теряет необходимую эмоциональную окраску». И «если мы показываем фильмы про людей, которые используют мат – будет нечестно показывать их, не используя мат».

При прочих равных, прочитавший «Книгу Иова» или пьесу Софокла, знает и то, что свои мысли можно адекватно выражать и без мата. И умеет их выражать без мата.

Правда, уже в советской действительности те, кто из среды завода попадал в среду ВУЗа или начальства, знали и то, что матом больше ругаются во второй среде, нежели в первой. Правда, если говорить о ВУЗе – не преподаватели, а больше девушки лаборантки.

По исследованиям 2000-х годов, больше всех матом ругаются вообще бизнес-леди. Даже став таковыми, не могут избавиться от прошлой ущербности – и доказывают себе и окружающим, что ни в чем не уступают мужчинам.

Строго говоря, использование мата – это попытка доказать себе и другим свою состоятельность, когда почему-либо в ней внутренне сомневаешься. С одной стороны – попытка продемонстрировать, что имеешь право нарушать нормы и запреты, принятые другими: «Мне все позволено», то есть доказать свое превосходство над ними, с другой - нечто вроде истерического возгласа: «Всех поубиваю – держите меня четверо».

Но это – если говорить о тех, кто без него не может выразить свои мысли и эмоции. Кстати, матом, больше русских часто ругаются представители южных народов – и вообще иностранцы. Отчасти потому что не понимают оскорбительных оттенков нецензурной лексики – просто не ощущая нюансов русского языка. Отчасти – думая, что тогда их примут за своего, «русского в душе». Отчасти - наивная уверенность в том, что, используя данную лексику, выразишь свое особое комплиментарное отношение к России и продемонстрируешь глубину овладения русским языком.

В этом отношении «молодая женщина режиссер», отказывающаяся снимать фильмы без мата, это та же ущемленная своим подневольным положением в ВУЗе советская лаборантка либо бизнес-леди, слишком быстро прошедшая путь от начинающей миловидной проститутки до топ-менеджера крупной компании.

Вообще довод сторонников мата и носителей отстойного слоя искусства наподобие Звягинцева о том, что его иной фильм без нецензурной лексики не имеет «необходимую эмоциональную окраску», лишь демонстрирует отсутствие мастерства и художественного инструментария, которым эту окраску можно было бы передать нормальным способом. И слабое знакомство с методом Станиславского.

Эмоциональную окраску неумеющий передает словом. Умеющий -контекстом, интонацией и своим состоянием.

На самом деле проклятие можно вложить и в слова: «Я вас прощаю – идите с миром».

Вообще, интересный вопрос: где больше эмоциональной составляющей и где в большей степени передана ужасность Левиафана – в «Книге Иова» или в печально известном фильме Звягинцева?

И если в «Книге Иова», то почему автору Библии это удалось, а Звягинцеву не удалось? Возможно – сказалась разнице в эрудиции и таланте.

Кстати, по основной версии, мат на Русь принесло монгольское нашествие, и завоеватели использовали его с одной стороны для того, чтобы продемонстрировать право на обладание всеми женщинами страны, включая всех матерей, а с другой стороны – чтобы унизить и оскорбить религиозные убеждения народа, унизив почитаемую на Руси Богородицу: монголы, даже в свою христианскую бытность, были несторианами, то есть божественность ее отрицали.

Довод же о том, что мат нужно показывать в фильме потому, что люди его используют в жизни, вообще некая дань примитивному натурализму. Потому что в жизни люди вообще делают многое, что на экране не принято показывать, а в тексте озвучивать. Просто потому, что об этом все знают, и потому, что это ничего к созданию образа не добавит. Любовь необязательно показывать через акт совокупления. Жизнедеятельность - через отправление естественных надобностей.

Физиологические подробности нужны тому режиссеру, который не верит в свою способность передать свои мысли без них, и в то, что ему поверят без них. И тому зрителю, которому нужно уверить себя, что «все в мире – такие же скоты, как и я сам», то есть тому, кто уже поверил и твердо решил для себя, что сам он – всего лишь животное.

И что если показать человека в своем неживотном качестве, то это будет выглядеть неправдой, в которую никто не поверит.

Тезис же о необходимости выпускать в российский прокат мной фильм только потому, что он получил награды на Каннском и Мюнхенском кинофестивалях и был «высоко оценен зарубежной и отечественной критикой», своего рода воспроизведение грибоедовского сюжета о «французике из бордо» и страсти определенной части российских высших классов говорить на смеси французского с нижегородским.

На европейских кинофестивалях слишком часто сегодня присваивают призы фильмам, которым их нужно присвоить исключительно по «требованиям политкорректности». И если там получают призы фильмы об однополой любви – это не значит, ни что они сняты лучше фильмов о человеческой любви, ни что их нужно выпускать в широкий прокат в России.

Точно так же как нет сомнений, что если на следующий каннский кинофестиваль будет представлен фильм о мужественной борьбе «Правого сектора» ( Экстремистская организация, запрещенная на территории РФ) против ужасных российских оккупантов Донбасса, то он, скорее всего, получит самое высокое признание.

И это не значит, что его нужно будет пускать в прокат в России. Такие были очень модны в конце 1980-х. Чем тогда все закончилось – известно.

У сегодняшней «Постевропы» - свои ценности, у России - свои. У России – классические европейские, у сегодняшней Европы – частью постмодернистские, частью – просто варварские.

Они имеют право, если действительно хотят, жить со своими. Но и Россия имеет право жить со своими и не обязана перенимать то, что ей не нравится. Или, во всяком случае, не нравится большинству ее граждан.

Отказывающиеся творить в искусстве без мата имеют полное право не снимать. И нет оснований полагать, что Россия от этого много потеряет. Но ни министр культуры, ни министерство культуры в целом не нанимались обеспечивать прокат фильмов, оскорбляющих принятую обществом мораль.

Конечно, не факт, что если на экране не будут использовать нецензурную лексику, ее не будут использовать в жизни. Но если на экране ее использовать и ее применение растабуировать, в жизни ее будут использовать больше.

И вообще, культура – это система запретов. Вот культурный человек знает, что ругаться матом – нехорошо. И старается не ругаться. А некультурный - не знает. И старается ругаться больше.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment