марафонец (marafonec) wrote,
марафонец
marafonec

Categories:

Переброска сибирских рек в Центральную Азию: элементы политического шантажа?

https://alex54sar.livejournal.com/2020/01/17/

Автор: Алексей Балиев

Вместо сомнительных прожектов следовало бы сосредоточиться на реальных проблемах

На рубеже 2019 — 2020 годов некоторые эксперты в странах Центральной Азии вновь «возвращаются» к проектам 35-летней давности относительно возможного (частичного или даже полномасштабного) переброса стока ряда западносибирских рек в степи и полупустыни Казахстана и Узбекистана. Так как Советский Союз с его «единым народнохозяйственным комплексом» давно закончил своё существование, их политический контекст особо не скрывается. Заметим, негативные экологические и социально-экономические последствия таких решений, в том числе для самой Центральной Азии, исследованы достаточно хорошо. Но, похоже, в Нур-Султане и Ташкенте, рассчитывая на очевидную заинтересованность России в собственном политико-экономическом присутствии в регионе, полагают, что Москву удастся-таки к реализации указанных проектов тем или иным способом «принудить».



Так, в ходе парламентских слушаний «Водная безопасность Казахстана: состояние, проблемы и рекомендации», состоявшихся в конце ноября 2019 г. в столице Казахстана, заместитель министра экологии, геологии и природных ресурсов это страны Сергей Громов прямо призвал к перебросу в Казахстан примыкающих, притом трансграничных рек. Цитируем:

«…Если мы возьмем 10 % стока той же Оби – этим нисколько не ущемим интересы России (довольно безапелляционное, на наш взгляд, утверждение – Прим. ред.). Проект перспективный, нужно политическое (здесь и далее выделено нами – Прим. ред.) решение глав наших стран. Если же говорить о перебросе в бассейн Иртыша стока Катуни (Алтайский регион – Прим. ред.), сегодня российская сторона относится к проекту резко отрицательно, потому что Катунь берёт свое начало в заповедной зоне и не предполагается оттуда забор воды».

Подобного рода идеи всецело поддержал, в числе многих участников форума, депутат сената Ерик Султанов. В их пользу он сетует на то, что «…значительное уменьшение стока Иртыша начинает оказывать влияние не только экологию, но и на сельское хозяйство и промышленность, нарастает дефицит питьевой воды.

Основной причиной является растущий забор воды Китаем из Чёрного Иртыша. Потенциально пострадают Нур-Султан, Северо-Казахстанская, Восточно-Казахстанская, Акмолинская, Павлодарская и Карагандинская области. Решением вопроса, позволяющим сохранить экологическое равновесие в регионе, может быть переброс избыточных паводковых вод из Катуни, притока Оби на Алтае, в бассейн Иртыша в объеме до 5-6 кубокилометров в год, включая строительство на водосбросе мощной ГЭС». Более того, «правительствами РК и РФ в прошлые годы этот вопрос неоднократно обсуждался» – очевидно, после предложений Н. Назарбаева тогдашнему Президенту РФ Д. Медведеву.

Однако при этом замалчивается бессрочный по последствиям разворот на себя ещё в конце 1990-х годов Китайской Народной Республикой без согласования с Москвой и Астаной 230 километров, то есть почти всего русла верхнего («Чёрного») Иртыша. Данное обстоятельство повлекло за собой негативные экологические и социально-экономические последствия для основной территории восточного и северо-восточного Казахстана. Соответственно, ускорилось обмеление российского сектора Иртыша, обско-иртышского водного участка и прилегающих притоков. Вышеупомянутую «молчаливую» реакцию Москвы и Нур-Султана на эту ситуацию обусловили известные политические и экономические факторы (заинтересованность в сотрудничестве с Пекином).

Вторит вышеуказанным доводам казахстанских коллег и член руководства «Экологической партии Узбекистана» Абу-Али Ниязматов. В интервью местным СМИ в середине декабря 2019 г. он заявил, что «реализация проекта по переброске части стока сибирских рек могла бы решить как проблему Аральского моря, так и (внимание!) болезненный вопрос устранения последствий ежегодных паводков в Сибири».

Более того, оказывается, «в современных условиях нет необходимости рыть для этого каналы: воду можно переправлять из сибирских регионов посредством трубопроводов. Если предположить, что эти проекты будут реализованы, тогда поступающая из сибирских регионов вода может образовать в бывшей акватории Аральского моря болотистую местность, тем самым исключив дальнейшее перемещение ядовитой соли на большие территории».

Узбекистанский эколог более чем уверен, что здесь «…одним выстрелом можно убить двух зайцев: обезопасить сибирские регионы от паводков и устранить возрастающую экологическую проблему в Приаралье». В унисон с упомянутыми казахстанскими политиками, Ниязматов тоже апеллирует к важности переброса западносибирских рек для РФ с политической точки зрения: «…Если предлагаемый проект на высоком политическим многостороннем уровне найдет понимание, то это предотвратит многие и многие проблемы в будущем». Следует ли это понимать так, что Ниязматов намекает не только на экологические проблемы региона, но и на геополитические проблемы для России?..

Между тем, протекая по территории Китая и затем Казахстана, иртышская вода приходит в Россию, по данным администраций примыкающих российских областей, с середины 1990-х годов всё более загрязненной. Кроме того, продолжается обмеление Иртыша, вследствие вышеуказанного поворота его верхнего течения в Китае.

Эксперт Омского государственного аграрного университета, кандидат экономических и биологических наук Анастасия Кадысева, ссылаясь на курируемые ею исследования (2010-2012 гг.),  указывает, что «если Казахстан будет забирать больше иртышской воды, то, естественно, река рискует скоро обмелеть, а следом – и большая часть Оби. Потому любые «перебросные» проекты должны контролироваться российско-казахстанским Обь-Иртышской профильной комиссией». По её данным, если в Казахстане новый водозабор будет построен раньше, чем Красногорский гидроузел под Омском, «то мы, попросту, останемся в обозримой перспективе без иртышской и, частично, обской воды: их уровень и без того падает. А следом вполне может произойти экологическая, в том числе водная катастрофа в центральных и южных районах большинства областей, примыкающих к Казахстану».

Заведующий кафедрой природопользования и геоэкологии географического факультета Алтайского государственного университета (Барнаул) профессор Геннадий Барышников более категоричен: «Если забрать часть воды из Оби, то произойдет иссушение Васюганских болот в Томской области. А это климатоформирующий природный массив, то есть от этих болот зависит климат всей Западной Сибири, что приведет к природной катастрофе. Да и как можно говорить о ежегодном перебросе значительного количества пресной воды, когда бывают годы обмеления сибирских рек?»

Широко известно, что эти проекты обсуждались несколько раз в 1950-х – 1980-х годах и позже: неоднократно начинались даже соответствующие строительные работы. Однако экологам, экономистам и местным властям Западной Сибири и Урала удавалось-таки останавливать строительство, ибо «водное изобилие» в этих регионах бывшей РСФСР и нынешней РФ – скорее миф, чем реальность.

Как отмечалось на недавних конференциях осенью 2019 г., главные причины более частых наводнений вышеуказанных российских регионов – это устаревшие водорегулирующие технологии, неисправность большинства профильных сооружений, ошибки в проектировании и эксплуатации местных ГЭС и водохранилищ. С учетом же всё более резких колебаний климата (и соответственно, наполняемости региональной водной среды), можно и вовсе исключить какие-либо проекты по водоснабжению иных регионов – во избежание, в буквальном смысле, обезвоживания большей части Западной Сибири.

Интересно, что в отличие от соседних стран, Туркменистан вообще отвергает проекты переброса рек. В Ашхабаде полагают, что нужно «не иностранные реки импортировать» (фраза первого президента этой страны Сапармурата Ниязова в 1999 году), а менять технологии водопользования, по максимуму использовать имеющиеся крупные подземные запасы пресной воды всего региона, создавать современные установки по опреснению морской (в данном случае каспийской) воды. Иными словами – повнимательнее присмотреться к соответствующему опыту Австралии, Ирана, Катара, Кувейта, Саудовской Аравии, Ливии (в период правления М. Каддафи) и ряда других стран.

К концу 2010-х годов в Туркменистане началось освоение колоссальных ресурсов подземных пресных вод на севере страны (под озером Сарыкамыш). Это позволило создать в пустыне Каракумы крупное водохранилище и в той или иной мере обводнить свыше 60 % территории севера страны. Ныне там (как и в последние годы в узбекистанском Приаралье) развивается сельхозрастениеводство, расширяются посадки лесов и другой растительности – естественных «продуцентов» живительной влаги и защитников, как от засухи, так и от опустынивания / засоления*.

Созданный в 1993 году Международный фонд спасения Арала (МФСА) также не считает переброс стока рек Западной Сибири «лекарством» от обезвоживания Центральной Азии. Ещё на рубеже 1990-х – 2000-х годов там отмечалось, что улучшить ситуацию могут, прежде всего, рациональное использование и разведка / освоение местных водных ресурсов, усиленное стимулированием лесоразведения (повышающего водообеспеченность водных объектов, естественное плодородие почв и предотвращающее их засоление / опустынивание). Это должно дополняться жёсткими санкциями за загрязнение / нарушение правил эксплуатации местных водных источников и за вырубку лесов в экологически проблемных зонах.

…Возвращаясь к гидрографической ситуации в обско-иртышском приграничье РФ и Казахстана, отметим, что по оценкам Комитета по охране окружающей среды и Центра санэпиднадзора Омской области и Западносибирского филиала (Новосибирск-Тюмень) Российского НИИ водного хозяйства, казахстанский речной сток в Россию с 1970-х годов заметно превышает обратный поток. При этом по объёмам загрязненных сточных вод, «наполняющих» Иртыш в основном из Казахстана, эта река ныне занимает 6-е место в РФ после Волги, Оки, Оби, Камы и Дона. А реальные ПДК многих вредных веществ по всему российскому и приграничному течению Иртыша и в его трансграничных притоках (основные трансграничные – Ишим и Тобол) нередко в 4, а то и в 20 раз превышают нормативы, и уже не первый год. По причине аварийности и некачественной работы очистных сооружений превышение нормативов (к примеру, по азоту и фенолу – в 20-30 раз) периодически регистрируется в Оби и ее притоках. Не в последнюю очередь, это связано с неблагоприятной ситуацией во впадающем в Обь Иртыше и, в целом, в Иртышском бассейне.

* * *

Политическая подоплёка начавшегося в Казахстане и Узбекистане очередного зондажа по получению западносибирской воды, на наш взгляд, очевидна. Однако расчёты на благосклонность в Москве к этому сомнительному и более чем затратному проекту, исходя из ложно понимаемых геополитических соображений, с учётом имеющегося опыта, представляются весьма зыбкими. Тем более в условиях, когда у Москвы и её соседей имеются куда более неотложные задачи – такие, например, как срочный ремонт канализационной трубы через Иртыш, в Семее, ставший одной из тем переговоров лидеров Казахстана и России на недавнем 16-м форуме межрегионального сотрудничества в Омске. Коррозия разрастается, и прорыв обветшавшей артерии с нечистотами грозит сопредельным районам двух стран (включая Омск) массовыми эпидемиями и экологической катастрофой.

* Таким образом, де-факто реализуются элементы советской комплексной программы (1948-1965 гг.) преобразования солончаков и пустынь в плодородные земли за  счет лесопосадок и обводнения ряда регионов. После РСФСР (1948-53 гг.) её планировалось распространить Среднюю Азию и засушливые почвы Южной Бессарабии 1961/62 гг. Однако уже в июле-сентябре 1953 г. успешно реализуемая программа была остановлена как комплексное мероприятие (а к 1958 г. отменена вовсе). Новые лесопосадки и смежные мероприятия в лучшем случае носили фрагментарный характер.

Источник:


Tags: Россия, Центральная Азия, переброска рек
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments