марафонец (marafonec) wrote,
марафонец
marafonec

Categories:

Лёгкие силы ВМФ. Их значение, задачи и корабельный состав

https://topwar.ru/167853-legkie-sily-vmf-ih-znachenie-zadachi-i-korabelnyj-sostav.html/2020/02/14/

Большинство российских кораблей — малые корабли. Но назвать это сбалансированными лёгкими силами нельзя. Это остатки ВМФ СССР и некоторое количество бессистемно настроенных кораблей

Оценивая то, каким должен быть корабельный состав флота, придётся неизбежно разрешить ряд противоречий: оптимальные для одних задач силы оказываются неприменимыми, если задачи меняются, универсальные корабли — это корабли, которые плохо решают очень многие задачи, а хорошо — только некоторые, а флот, который имеет оптимальные «инструменты» для любой задачи в достаточном количестве, невозможен по экономическим причинам, причём, что важно понять, невозможен в принципе ни для кого, а не для только для России.

Приведём несколько примеров. Экономически возможно сосредоточиться на малых кораблях, но они сами по себе лишены боевой устойчивости и легко уничтожаются серьёзным противником, см. статью «Вредоносный миф о москитном флоте». Многие задачи, которые у нас решаются малыми кораблями, могут решать и крупные корабли, но тут вступают в дело экономика и демография: даже богатая страна будет испытывать трудности с набором нужного количества экипажей и финансированием флота, в котором задачи корветов поручаются эсминцам. Кроме того, сам жизненный цикл такого корабля куда дороже, чем у корвета, а некоторые задачи он может решить только с помощью вертолёта.

Например, ракетный катер может опередить противника в манёвре, осуществить скоростной выход в атаку, и с выгодной позиции произвести пуск ракет по кораблю противника благодаря скорости в 43-45 узлов, а фрегат так не сможет ему нужно или стрелять дорогими дальнобойными ракетами по внешнему целеуказанию, или применять вооружённый ракетами корабельный вертолёт или даже пару.

Но целеуказания может не быть, а вертолётам может не позволить летать погода. С другой стороны, катера с высокой степенью вероятности могут быть перебиты авиацией противника. Как это, например, случилось с иракскими катерами в 1980-м году, и с ними же в 1991 году.

Как видим, противоречий масса.

СССР решал этот вопрос, создавая специализированные корабли под каждую задачу и создавая флотскую истребительную и ракетоносную авиацию. Удары по надводным кораблям, кроме самолётов и подлодок, могли наносить ракетные катера и малые ракетные корабли, в дальней морской зоне – модернизированные БПК (например, корабли проекта 61ПМ, оснащённые ПКР), ракетные крейсеры разных типов – от 58-го проекта до Орланов, позже авианесущие крейсера. Противолодочной обороной ведали в БМЗ малые противолодочные корабли, в БМЗ и ДМЗ – БПК проекта 1135 (позже переклассифицированы в СКР), 61, чисто для ДМЗ строились аж целые противолодочные крейсеры-вертолётоносцы проекта 1123, БПК проектов 1134А и 1134Б, потом 1155, 11551…

У этой системы был гигантский минус – она была просто неподъёмно огромная и требовала массу денег. Даже СССР с его мощью не выдержал в своё время гонки вооружений, что уж говорить о сегодняшней России. России придётся «совместить несовместимое» и построить мощный и эффективный флот – но дёшево. Возможно ли это? Да, возможно. Разберём то, какими подходами к надводным силам придётся руководствоваться для того, чтобы это сделать.

Лёгкие силы и их место в системе ВМФ


Будем называть «лёгкими» силами надводные соединения ВМФ, состоящие преимущественно из малых кораблей от катеров до корветов включительно. Это непрофессиональный термин, но зато интуитивно понятный для гражданского человека. Почему флоту нужны такие силы?

Есть такой красноречивый пример, как сравнение интенсивности эксплуатации БПК проектов 61 и 1135 с одной стороны, и маленьких МПК проекта 1124 с другой. Написал об этом капитан 1-го ранга А.Е. Солдатенков в своих мемуарах "Адмиральские маршруты":

Для справки. КПУГ – корабельная поисково-ударная группа, так называются небольшие (3-4 единицы) отряды противолодочных кораблей, выполняющие задачи по групповому поиску и, в случае войны, уничтожению подводных лодок противника.

Что тут для нас важно? Важен финансовый вопрос – малые корабли, во-первых, меньше стоят, требуют меньших экипажей, и, что очень важно – требуют меньше топлива. На сроке в 25-30 лет экономия набегает огромная. Кроме того, ориентируясь на «лёгкие силы» можно иметь больше флота за те же деньги – буквально.

Минусы упомянуты выше, кроме того, такие корабли не могут вести высокоинтенсивные военные действия в дальней морской зоне. Загнать одну подлодку или потопить пару транспортов – пожалуйста.

Стать инструментом взлома обороны крупной корабельной ударной группы или даже авианосной группы, вести бой с тяжёлыми кораблями, «работать» в составе корабельной ударной группы (КУГ) в открытом океане – нет. Мала автономность, мало оружия на борту, сильные ограничения по применению оружия на качке, сильное падение максимальной скорости на качке, неспособность отбивать массированные воздушные и ракетные удары, неспособность работать совместно с авиацией вне боевого радиуса базовой (наземной) авиации.

Вывод прост — те задачи, которые «лёгкие силы» выполняют лучше, чем «тяжёлые» нужно решать именно лёгкими силами, при этом с одной стороны, их численность не должна быть излишне большой, иначе они «съедят» те ресурсы, которые нужны для других сил, а с другой стороны, они должны действовать совместно с «тяжёлыми силами», которые должны будут обеспечить им боевую устойчивость и защитить от атак вероятного противника. Вопрос, таким образом, в поиске оптимального баланса между лёгкими и дешёвыми кораблями с одной стороны, и большими и дорогими с другой. А также в их оптимальном облике.

С учётом того, что ведение Россией наступательных боевых действий против каких-то стран третьего мира куда более вероятно, чем оборона своей территории в ходе глобальной войны, наши «лёгкие силы» не должны быть строго оборонительным инструментом, чтобы воевать только у своего берега. Они должны иметь возможность использоваться и в наступательных целях, хотя бы для второстепенных задач.

С учётом того, что Россия не СССР, и, во-первых, не имеет столько средств, а во-вторых, уже видела распад страны, эти корабли не могут, за редким исключением, повторять советскую концепцию, когда по большинство задач были специализированные корабли. В большинстве случаев, корабли должны быть многоцелевыми.

Далее отталкиваемся от задач.

Перечислим задачи, которые могут эффективно решать малые корабли и основные угрозы для них. Отталкиваясь от перечня этих задач, уже можно будет «сделать подход» к определению оптимального облика «лёгких сил».

Противолодочная оборона. Как бы далеко не шагал прогресс, а количество здесь имеет значение. Большое количество кораблей, применяющих комбинированные средства поиска ПЛ, например низкочастотные опускаемые гидроакустические станции при работе со стопа и буксируемые гидроакустические станции при работе на ходу, а также различные источники внешнего НЧ-«подсвета» (от ГАС-излучателей на одних кораблях, дающих «подсвет» для других, до специальных боеприпасов к бомбомётам, практическая реализуемость которых уже доказана), позволяет создать очень эффективные подвижные противолодочные рубежи, преодолеть которые подлодка просто не в состоянии. Это особенно важно тогда, когда стоит задача недопущения прорыва иностранной ПЛ в ту или иную акваторию. Для формирования таких рубежей по-прежнему важно количество кораблей, их надо много, а так как денег у нас традиционно мало, это должны быть дешёвые корабли, причём как сами по себе, так и в эксплуатации (например «по топливу»). Не менее важны такие качества в противолодочном охранении конвоев и десантных отрядов на переходе.

Охрана водного района (отдельно от задач по ПЛО). Малые корабли могут выполнять задачи по охране назначенного района вблизи береговой черты или рукотворного объекта в море от проникновения туда «лёгких» сил противника, диверсионных и разведывательных групп на скоростных катерах и иных плавсредствах, скоростных катеров и лодок, пытающихся осуществить минные постановки, в отдельных случаях – на вертолётах. Также лёгкие силы могут осуществлять эффективную блокаду любых назначенных районов, при условии, что достигнуто господство в воздухе и на море.

Нанесение ударов крылатыми ракетами по берегу с большого количества рассредоточенных платформ, примером чего стало боевое применение МРК Каспийской флотилии против террористов в Сирии. МРК как пример корабля неудачен, он сам по себе концептуально непригоден для флота будущего и этот вопрос будет рассмотрен отдельно, пока лишь берём принцип – малые корабли могут делать и это, и противник не может (при ряде условий) уничтожить их всех одновременно.

Слежение оружием. Малый корабль в течение угрожаемого периода может осуществлять слежение за корабельными группировками противника в ближней морской зоне при выполнении ряда условий (например, он должен применяться в соответствующих погодных условиях, чтобы априори меньшая по сравнению с большим кораблём мореходность не помешала ему выполнять задачу на волнении).

Уничтожение надводных кораблей противника.

Поддержка действий десанта – охранение от подводных лодок, надводных кораблей и одиночных летательных аппаратов на переходе, огневая поддержка путём ведения артиллерийского огня по берегу. Тут мы опять подходим к тому, что больше кораблей – больше стволов артиллерии, причём пример тех же корветов говорит о том, что это может быть 100-мм пушка.

При этом нельзя сводить действия лёгких сил к обороне своей территории или работе в своей БМЗ – это неверно. Лёгким силами вполне «по зубам» наступательные действия, и не только в ближней морской зоне, но также вблизи побережья противника.

Пример таких мест – норвежские фьорды, проливы между Курильскими островами, проливы между Алеутскими островами, некоторые части Балтийского моря, Южно-Китайское море, Филиппины, Эгейское море, Карибское море. Малые корабли способны осуществить эффективные атаки военно-морских сил противника, его отрядов боевых кораблей, транспортных судов, отдельных кораблей и судов, при условии достижения господства в воздухе, или хотя бы обеспечения для противника невозможности применять авиацию в отсутствии и своей авиации тоже, и ещё до захвата господства на море. А необходимость применять их и вдали от своих берегов (и близко к чужим) требует серьёзно относиться к мореходности – даже малый корабль должен быть способен штормовать и двигаться при сильном волнении. И это вполне реализуемо.

Что в минусе? В минусе ПВО. И это проблема. При обеспечении любого корабля КПУГ или КУГ из состава лёгких сил разведывательной информацией, попытка вывода группы из под авиаудара может быть предпринята с тем же или большим успехом, что и для больших кораблей. Но уж если выход не получился и удар противником наносится, то получается повторение иранской Операции «Жемчужина» для иракцев или расстрела при Бубияне для них же – авиация просто сожрёт малые корабли и не подавится. Так было всегда.

Для малых кораблей технически невозможно обеспечить достаточную для самостоятельного отражения массированных ударов с воздуха мощь корабельной ПВО.

Ещё одной проблемой является бой с большими надводными кораблями противника – последние могут просто отбить относительно небольшой залп малых кораблей своими ЗРК, а вот обратное не факт, что окажется верно – установки вертикального пуска, являющиеся сегодня де-факто стандартом для боевых кораблей, позволяют сформировать очень большой залп ПКР. При этом большой корабль может пережить попадание одной ПКР и даже сохранить ограниченную боеспособность, а с малыми такое не пройдёт, там одна ракета и конец, в лучшем случае обугленный остов корабля можно будет отбуксировать на ремонт. Это ограничение диктует требования к количеству атакующих единиц, количеству ракет на них, их скорости как в атаке, так и на выходе из неё и отходе, к малозаметности в радиолокационном и инфракрасном диапазоне. К этому мы ещё вернёмся тоже.

Итак, задачи ясны, рассмотрим то, какими инструментами они могут решаться. А также то, как на состав лёгких сил, их взаимодействие с другими силами, влияют ограничения по боевому применению, которые они имеют.

Варианты состава лёгких сил, их недостатки и преимущества


Как уже говорилось, необходимо сразу же отмести идею о том, что под каждую задачу нужен отдельный корабль – просто потому, что это будет непосильно для бюджета. Соответственно, корабли должны быть многоцелевыми, за исключением тех задач, которые нормальным, сделанным на реалистическом уровне технологий корабле не решить. Тогда будет применяться специализированный корабль.

Сделаем допущение и предположим, что мы хотим решать все задачи, перечисленные выше, одним кораблём. Проверим, возможно ли это, и каким такой корабль должен быть, какими особенностями должен обладать.

Сначала рассмотрим вооружение и оружие.

Итак, для выполнения задач по ПЛО нам нужно: гидроакустический комплекс (ГАК), пусковая установка для противолодочных ракет (ПЛУР), желательно хотя бы маленький бомбомёт, например РБУ-1000, комплекс «Пакет-НК», желательно переработанный под использование торпедных аппаратов вместо пусковой установки с ТПК. ГАК при этом может включать в себя и буксируемую, и подкильную или бульбовую и опускаемую гидроакустические станции (ГАС).

Нужен радиолокационный комплекс. Так как малый корабль не может сопротивляться массированным ударам с воздуха или мощным ракетным залпам, то ставить мощный и дорогой РЛК с неподвижными полотнами большого размера смысла нет — всё равно ракет на борту в нужном количестве не будет, и лучше сэкономить. А значит, это может быть относительно простой комплекс.

Дополнительно при решении задач ОВР требуется пушка, какие-то ракеты для поражения надводных целей, желательно попроще и подешевле.

Для ведения наступательных действий необходима та же пушка, те же ракеты, но теперь уже не попроще и подешевле, а поэффективнее. И они же нужны для слежения оружием.

Что необходимо для того, чтобы такой корабль мог бы наносить удары крылатыми ракетами на большие расстояния? Нужна универсальная пусковая 3С-14 под «Калибры». Но, собственно, для ПКР, необходимых в серьёзной войне нужна она же, как и для нужных противолодочнику ПЛУР.

Задачи по поддержке десанта решаем тем же самым с оговоркой, что пушка нужна от 100 мм.

Что ещё нам надо? Нам надо вертолёт. Для выполнения задач по ПЛО. Но тут надо сделать оговорку – нам В ПРИНЦИПЕ нужен вертолёт, где он будет базироваться – это уже другой вопрос. Он просто сам по себе должен быть, необязательно иметь для него всю инфраструктуру на корабле.

Но и если она будет – тоже неплохо.

А теперь представим себе, наш корабль.

Фотоколлаж. РЭВ от обычного 20380 (а реально можно даже РЛК от "Каракурта", может оказаться ещё лучше), ПУ 3С-14 под наступательное ракетное оружие ("Калибры", "Ониксы", "Цирконы", ПЛУР), ПУ "Уран" и ЗРК с 16-ю ракетами на корме. Мощнее, чем 20385 и, видимо, дешевле

Итак, вариант 1 – это наш старый добрый 20385. Но – важная оговорка, с него убран многофункциональный РЛК от «Заслона», как тотально избыточная система для массового корабля такого типа, применён упрощённый РЛК (на этой модели – аналогично первым 20380, стоит башня с «Фуркэ», «Пума» и «Монумент», реально совсем не обязательно делать именно так, есть варианты и дешевле, и проще и лучше – одновременно), на освободившиеся объёмы поставлены пусковые установки РК «Уран». Специалисты утверждают, что если на подобном корабле применить радиолокационный комплекс, аналогичный тому, что применён на МРК «Каракурт», а вместо композитной надстройки применить упрощённую стальную, то стоимость корабля можно уменьшить до 17-18 миллиардов рублей по нынешним ценам.

Это меньше, чем пара МРК. Наш корабль удовлетворяет тому перечню задач, которые были перечислены выше почти полностью. У него есть ГАК, есть пушка, есть ракеты, причём разные, как дорогие («Ониксы», «Калибры», в перспективе «Цирконы»), так и более дешёвые «Ураны». Он несёт на борту противолодочный вертолёт, а если проектировать такой корабль снова (упрощённый вариант это в любом случае новый проект), то можно предусмотреть и ударный Ка-52К. Можно предусмотреть и отсутствующую на этом проекте опускаемую ГАС да и бомбомёт на вновь проектируемом корабле тоже можно «прописать», хотя бы маленький.

Удары крылатыми ракетами такой корабль тоже может наносить. Можно ли его считать дешёвым и массовым? Вполне. За 1,8 цены МРК ВМФ получит замену для МРК, а ещё замену для МПК, а ещё замену для СКР. По противолодочным возможностям такой корабль кратно превосходит и старые СКР проекта 1135, и фрегаты проекта 11356, вплотную приближаясь к кораблям, стоящим на класс выше.

Такой корабль может осуществить межбазовый переход даже на другой океан – балтийские корветы ходили в Красное море, что доказывает их способность осуществлять переходы в Индийский океан, а значит и в наступательной войне где-то далеко от наших берегов такие корабли нашли бы себя.

В чём минусы такого корабля? Минусы есть.

Для ведения боя в каких-то сложных прибрежных районах (шхеры, фьорды, архипелаги), среди протоков и мелководья, он великоват. У него большая осадка – 7,5 метров по бульбу, это связано с крупной бульбовой ГАС «Заря». По этой же причине такие корабли нельзя будет строить на заводах, которые находятся на внутренних водных путях, кроме Амура – он не пройдёт по большинству рек.

Что ещё? А ещё ему не хватает скорости. Самые лучшие представители проекта 20380 добрали ход до 26 узлов при проектных 27. Значение скорости будет рассмотрено чуть позже, пока просто запомним это. Конечно, если проектировать корабль снова, то "играя" обводами и гребными винтами, можно скорость и поднять, но насколько — вопрос открытый.

Тем не менее, даже с учётом всего вышеперечисленного, такой корабль вполне мог бы стать основой «лёгких сил».

Вариант 2. Если говорить о массовости, то вариант упрощённого 20385 с усиленным, как ни странно оружием, может быть побит творением Зеленодольского ПКБ. Модельке на картинке присвоен индекс 11664, но есть и другие варианты на том же корпусе.


Пара вариантов корвета на базе корпуса 1166. Самое интересное, увы, не показали. ЗРАК в этом месте будет дико обледенивать. Если это будет "Панцирь-М", то ещё и водяная пыль будет мешать прицеливаться. ЗРАК надо убирать на корму
Корвет на базе корпуса проекта 1166 также может послужить в качестве базы для «лёгких сил». Каковы его плюсы по сравнению с эталонным вышепоказанным 2038Х?

Во-первых, он дешевле. Вообще говоря, довольно трудно считать цену корабля, которого ещё нет, но скорее всего его цена будет где-то в пределах 13-15 миллиардов. Он имеет меньшую осадку, и меньшие размеры, а значит, может строиться на большем числе заводов (включая тот же Зеленодольск) и имеет меньшие ограничения по ведению боевых действий в мелководных районах. За стоимость десяти 2038Х скорее всего можно было бы получить 12-13 1166Х. Даже при одинаковой ГЭУ из двух агрегатов ДДА-12000 корабль с Зеленодольским корпусом, скорее всего будет чуть-чуть быстрее. На нём можно обеспечить постоянное базирование вертолёта, но условия для его хранения будут хуже, будет меньше запас топлива на борту. В своё время флот отверг такой корабль, желая получить более "крутой" 20380. В итоге, правда, остался почти без кораблей.

Другие минусы проекта тоже очевидны – более простая гидроакустическая станция «Платина-М», «Заря» туда не влезет, всё ракетное оружие размещается в установке 3С-14, добавлять туда ещё ракет просто некуда. В целом корабль чуть быстрее, чуть дешевле, несколько более массовый, хуже, как противолодочник и с более слабым ракетным оружием. Также, как и предыдущий вариант, он заменяет МРК при нанесении ударов по берегу крылатыми ракетами. Важнейшее отличие – если 2038Х имеет ЗРК «Редут» с 16 ракетами, который с вменяемым РЛК ещё и попадать будет куда надо, то у Зеленодольского проекта никакого ЗРК нет, у него есть ЗРАК, причём крайне неудачно расположенный. Куда логичнее бы было разместить его на корме, а в задачи ПВО с носовых курсовых углов возложить артиллерийское орудие. Кстати, его в этом случае его придётся сделать 76 миллиметровым, так как в качестве зенитного такая пушка лучше, чем 100-мм. Но она хуже во всём остальном. Особенно критичными различия между 100 и 76 мм орудиями являются при стрельбе по берегу – расход снарядов на одну и ту же типовую цель у 76-мм пушки выше в полтора раза. Но выбора не будет – слабость ПВО корабля его не оставляет.

Можно, однако, пойти ещё дальше и упростить корабль ещё сильнее, проиграв в боевой мощи каждого отдельно взятого корабля, выиграв при этом в их количестве.

Вариант 3. Итак, уже известный китайский проект 056. Один из самых массовых боевых кораблей в мире. Два дизеля, две валолинии, 76-мм пушка, малогабаритные дешёвые ПКР, ЗРК самообороны на корме. Ангара для вертолёта нет вообще, есть только посадочная площадка и запас топлива.

Тип "056", также известный по имени головного корабля как тип "Циндао". Образец простоты и массовости, но не без недостатков
Есть буксируемая ГАС, есть подкильная, последняя, вроде как подвид российской «Платины». Простота и дешевизна как она есть. Есть правда и нюанс – наклонные пусковые для китайских ПКР YJ-83 позволяют запускать и новые китайские ПЛУР с дальностью до 50 километров – тут китайцы нас технологически уделали «как молодых» — в России такой проект был убит в ходе различных околофлотских интриг много лет назад, а вот китайцы всё довели до металла. Нам бы такой вариант не помешал для реальных и серийных 20380, очень туда напрашиваются такие ракеты, но чего нет, того нет. Есть и нормальные торпедные аппараты калибра 324 мм – нам до этого только предстоит допереть, видимо для этого придётся проиграть с большими потерями какую-то войну.

Россия вполне в силах производить подобные корабли. Наши двигателя несколько слабее, чем те, которые применяют китайцы, максимальная мощность дизеля SEMT Pielstick примененного на китайском корвете больше, чем у наших коломенских 16Д49 на 1400 л.с. Нет у нас и компактной поворотной ПУ для ЗРК самообороны, аналогичной американским RAM, которые китайцы устанавливают на свои корветы.

Но, говоря по правде, это не может нас останавливать, если придётся строить «лёгкие силы» вокруг таких кораблей – в качестве ГЭУ подойдёт тоже самое, что стоит на патрульных кораблях проекта 22160, то есть два дизельных агрегата ДРРА6000, каждый из которых включает в себя двигатель 16Д49 Коломенского завода максимальной мощностью 6000 л.с. и редукторную передачу РРП6000. При всех минусах такой ГЭУ (малая мощность и слишком громоздкая и тяжёлая передача), создать вокруг неё похожий боевой корабль вполне возможно, но придётся отыгрывать обводами корпуса недостаток мощности. В принципе, это нельзя считать невозможным.

Место китайского ЗРК самообороны вполне займёт «Панцирь-М», вместо китайских ПКР вполне «встанет» вертикальная 3С-14, которая опять же обеспечит и пуски КР по наземным целям, и ПЛУР, да ещё и большим чем у китайцев боекомплектом и более мощными ракетами. РЛК тоже встанет серийный, с «Каракурта». Производительность Коломенского завода и ООО «Звезда-редуктор» вполне позволит строить по паре таких кораблей в год, если будет нужно, причём без каких-либо дополнительных вложений в инфраструктуру. Правда, вложив копейки в пару стендов для сборки и испытаний редукторов и агрегатов, можно и большие корветы в таком же количестве заказывать, но они дороже.

Какие выгоды есть у «русского 056»? Цена и сроки изготовления. Такой корабль будет стоить 11-12 миллиардов рублей и его можно закладывать буквально на любом судостроительном заводе страны. Примерно по две единицы в год прямо сейчас. Минусы тоже ясны – по сравнению с 1166Х у него не будет условий для базирования вертолёта, последний сможет только осуществить на него кратковременную посадку для дозаправки и пополнения боекомплекта.

Критична скорость – китайский корабль недопустимо медленный, нам с массой наших агрегатов и меньшей мощностью дизелей придётся очень серьёзно постараться, чтобы не просто не отстать от них, а получить нормальную скорость.

Ещё одним критичным моментом является то, что у такого маленького корабля уже в довольно острой форме начинают вставать ограничения по применению оружия из-за волнения и падение скорости при большом волнении. Сделать тут что-то без больших расходов и дорогих технических решений нельзя, да и эти дорогие решения не решат всех проблем – некоторые виды качки могут быть устранены только и исключительно за счёт размеров корабля и никак иначе. Этот недостаток гипотетического «русского 056» надо отчётливо иметь в виду. Впрочем, кое-что и здесь можно «отыграть» за счёт обводов.

С огневой поддержкой десанта тоже всё будет «не очень», как и у 1166Х – пушка калибром 76 мм для стрельбы по берегу далеко не самый лучший вариант, но, опять же – с такой ПВО выбора нет.

Тем не менее, подобный корабль тоже может стать базой для лёгких сил. Но и этот вариант не последний.

Вариант 4. Как уже было сказано ранее в статье «Шаг в правильную сторону. Проект многоцелевого "Каракурта" (ПЛО)» корабль, который мы знаем как МРК «Каракурт» изначально мог бы быть многоцелевым. И даже должен был быть. Впрочем, это и сейчас вполне реально.


Подробно в https://topwar.ru/167853-legkie-sily-vmf-ih-znachenie-zadachi-i-korabelnyj-sostav.html/2020/02/14/
Tags: ВМФ РФ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments