марафонец (marafonec) wrote,
марафонец
marafonec

Category:

Об убийстве Троцкого. Часть 2.1

https://ss69100.livejournal.com/2020/03/11/

  1. Коротко об убийце


Как уже говорилось в первой части данной статьи, 21 августа 1940 года Троцкий скончался от удара ледорубом по голове, полученного днём ранее.

Вот как описывается ход событий в книге «Тайная война против СССР», 1947 г., за авторством М. Сайерса и А. Кана, двух прогрессивных американских писателей-антифашистов:

«В сентябре 1939 г. на французском пароходе «Иль-де Франс» прибыл в США один из европейских агентов троцкизма, путешествовавший под именем Френка Джексона.»

(Здесь следует примечание А. Кана и М. Сайерса:

«Настоящее имя Френка Джексона было Жак Морнар ван ден Дреше. Он был также известен под именами Леон Жаком и Леон Хайкис.»


В дальнейшем по ходу статьи мы будем использовать имя убийцы Морнар – именно под этим именем этот человек был осуждён, отсидел свой срок и исчез навсегда из поля зрения общественности сразу после отбытия тюремного срока. – прим. О. З.)

«Джексон был завербован в ряды троцкистов в Париже американской троцкисткой Сильвией Эджелоф, учившейся в то время в Сорбонне. В 1939 г. к Джексону явился представитель тайного бюро «четвертого интернационала» и сказал, что ему надлежит ехать в Мексику на роль одного из «секретарей» Троцкого. Ему дали паспорт, раньше принадлежавший Тони Бабичу, канадскому гражданину и бойцу испанской республиканской армии, убитому фашистами в Испании. Троцкисты завладели паспортом Бабича, сорвали его фотографию и наклеили на ее место фотографию Джексона.

В Нью-Йорке Джексона встретили Сильвия Эджелоф и другие троцкисты и тотчас же препроводили в Койоакан, где он принялся за работу под руководством Троцкого. Впоследствии Джексон сообщил мексиканской полиции:

«Троцкий собирался послать меня в Россию для работы по подготовке нового строя в СССР. Он сказал, что я должен отправиться на «Чайна клинпер» в Шанхай, а там меня встретят другие агенты, и мы вместе, через Манчжоу-го, поедем в Россию. Нашей непосредственной задачей было моральное разложение бойцов Красной армии, а также совершение ряда диверсионных актов на военных заводах и других предприятиях.»

Джексону не пришлось отправиться в Советский Союз со своей террористической миссией. Вечером 20 августа 1940 г., в вилле-крепости в Койоакане, Джексон убил Льва Троцкого, нанеся ему удар по голове альпийской киркой.

Арестовавшим его чинам мексиканской полиции Джексон рассказал, что он хотел жениться на Сильвии Эджелоф, но Троцкий запретил этот брак. Вспыхнула ссора, в которой оказалась замешана и сама девушка. «Я решил принести себя в жертву ради нее», — сказал Джексон.

В своих дальнейших показаниях Джексон заявил:

«…вместо политического вождя, возглавляющего борьбу за освобождение рабочего класса, я столкнулся с человеком, который стремился только к удовлетворению своей ненависти и жажды мести и который использовал рабочее движение для того, чтобы прикрыть собственную гнусность и свои подлые расчеты.

…Я часто спрашивал себя, откуда взялись средства, затраченные на укрепление койоаканской виллы, которую сам Троцкий называл крепостью… Может быть, на этот вопрос мог бы ответить консул одного крупного иностранного государства, часто посещавший виллу…

Троцкий погубил мою душу, мое будущее, осквернил мои чувства. Он превратил меня в человека без имени, без родины, в инструмент Троцкого. Я зашел в безвыходный тупик… Троцкий смял мою жизнь, как мнут в руках клочок бумаги…»

Последнее известие о Морнаре — человеке, убившем Троцкого, относится к 6 мая 1960 года: в этот день, по утверждению мировой прессы, досрочно освобождённый Морнар вышел из тюрьмы и «через час уже сидел в самолёте Кубинских авиалиний, отправляющемся на Кубу» [1].

Наличие у него «чехословацкого дипломатического паспорта»[2] и спекуляции на тему длительности его пребывания на Кубе и его дальнейших планов не имеют никаких подтверждений, а потому обсуждаться нами не будут.

После выхода из тюрьмы Морнар перестал быть объектом внимания прессы. Никто его не искал, не интервьюировал, не следил за его дальнейшей судьбой. Вполне возможно, что день его «досрочного освобождения» стал последним днём его жизни. К тому времени он уже никого не интересовал.

На этом, казалось бы, можно и закончить рассказ об этом человеке, если бы не одно «но». Вот уже свыше 70 лет в буржуазной прессе, а теперь уже и в официальных источниках Морнару приписывается личность испанского коммуниста Рамона Меркадера, Героя Советского Союза.

Более того, утверждается, что и звезду Героя с орденом Ленина Рамон Меркадер получил именно за убийство Троцкого, которое он якобы совершил по личному приказу Сталина и Берии и при помощи советских спецслужб, да еще и при непосредственном участии своей матери, Каридад Меркадер, испанской коммунистки, героини Гражданской войны в Испании, которая была награждена орденом Ленина якобы тоже за «успешную операцию» по убийству Троцкого (кодовое название «операции» — «Утка»).

Оголтелая клевета на членов семьи Меркадер, якобы замешанных в убийстве Троцкого, зашла настолько далеко, что не подвергается ни малейшему сомнению и входит в официальную версию смерти Троцкого всех стран мира.

О Рамоне Меркадере как об убийце Троцкого пишутся тысячи статей, десятки увесистых книг, снимаются художественные и «документальные» фильмы.

Считаясь якобы повсеместно доказанным и неоспоримым, эпизод с убийством Троцкого Меркадером является одним из основных пунктов обвинения сталинского СССР в терроризме, а сталинских спецслужб — в организации и широкой практике проведения актов возмездия на территории стран, не ведущих боевых действий против СССР.

Между тем, оснований для идентификации Рамона Меркадера как убийцы Троцкого нет никаких, все обвинения базируются на художественной литературе и публицистических выдумках троцкистов, а также на умелом подыгрывании этим выдумкам хрущёвской контры и ее брежневско-горбачевских последователей в руководстве СССР.

Нас же интересуют не байки, а факты. Вот давайте в них и разберемся.


  1. Гнездо Троцкого в Мексике


Обвинения коммунистов, СССР и лично Сталина в коварных замыслах физического устранения Троцкого звучали из уст троцкистов регулярно, причём задолго до смерти Троцкого.

Таким жалким способом троцкисты пытались поддержать упавший ниже плинтуса авторитет своего незадачливого вождя, потерпевшего сокрушительное поражение от большевиков-сталинцев в СССР. Пытаясь хоть как-то реабилитировать Троцкого, троцкисты «подсчитали», что на него было осуществлено, как минимум, 19 покушений[3]! Из которых удачным оказалось только последнее, 19-е.

Получается странная картина — и коммунисты вообще, и СССР, и лично Сталин либо были страшно «невезучие» в своих «коварных» замыслах, либо явно не спешили с их реальным осуществлением и просто имитировали активность на поприще террора, направленного персонально против Троцкого.

Это абсолютно не вяжется с «могуществом» неких мифических «международных террористических структур НКВД», о которых троцкистские записные врали прожужжали уши всему миру.

Итак, еле унеся ноги из Европы, где его пинали из страны в страну в течение многих лет, и получив, наконец, политическое убежище в Мексике в 1937 году, Троцкий со своими приспешниками продолжил свое любимое занятие — занялся подрывной деятельностью в рабочем и коммунистическом движении.

Троцкисты активно сотрудничали с фашистами, прежде всего, конечно, с германскими, но не игнорировали и реакционные круги других стран, в том числе и северо-американских империалистов. Постоянно публиковали разнузданную ложь и клевету на коммунистов, инициировали провокации против рабочих организаций и выступали при этом под чужим флагом, именуя себя в своих бюллетенях не иначе как «большевиками-ленинцами».

Вилла Троцкого превратилась в щедро финансируемое хорошо укреплённое и надёжно покрываемое империалистами осиное гнездо контрреволюции. Приведём снова отрывок из книги-исследования М. Сайерса и А. Кана «Тайная война против СССР»:

«Вилла в Койоакане, которую Троцкий сделал своей мексиканской штаб-квартирой, представляла собой настоящую крепость. Она была обнесена стеной в двадцать футов вышины. Часовые, вооруженные ручными пулеметами, день и ночь несли вахту на четырех угловых башнях.

Не довольствуясь постоянными дежурствами у ворот виллы специального наряда мексиканской полиции, Троцкий распорядился, чтобы его личная вооруженная охрана так же бдительно стерегла все подступы к резиденции. Всякий, желавший проникнуть в виллу, должен был предъявить свои документы и пройти всестороннюю проверку, не менее обстоятельную, чем на пограничном пункте.

Пропуска штемпелевались при входе и выходе. Миновав заставу у наружных ворот, посетитель подвергался еще обыску, — нет ли при нем скрытого оружия, — и только тогда перед ним раскрывались двери виллы.

Внутри виллы шла напряженная деятельность. Многочисленный штат трудился с утра до вечера, выслушивая распоряжения патрона и выполняя его задания. Особые секретари готовили материалы для антисоветской пропаганды, для воззваний Троцкого, статей, книг и секретных донесений на русском, немецком, французском, испанском и английском языках.

Как и на Принцевых островах, в Париже и в Осло, многие из “секретарей” Троцкого носили револьверы в заднем кармане брюк, и прежняя атмосфера интриг и тайн окружала вдохновителя антисоветских заговоров.

Со всех концов света в мексиканскую резиденцию приходила обильная почта. Нередко эта почта требовала химической обработки, так как подлинное послание было вписано невидимыми чернилами между доступных глазу безобидных строк. Вилла поддерживала постоянную телеграфную связь с Европой, Азией и Соединенными Штатами.

Нередко являлись делегации иностранных троцкистов — французских, американских, индийских, китайских, агентов испанского ПОУМ.<…>

Из укрепленной койоаканской виллы Троцкий руководил созданной им во всем мире антисоветской организацией — “четвертым интернационалом”.

Повсюду, в Европе, Азии, Северной и Южной Америке, работа “четвертого интернационала” протекала в самой тесной связи с работой тайной агентуры держав оси.

В Чехословакии троцкисты действовали в содружестве с нацистским агентом Конрадом Генлейном и его “партией судетских немцев”. Сергей Бессонов, троцкистский курьер, в свое время бывший советником в советском посольстве в Берлине, на процессе 1938 г. показал, что летом 1935 г. в Праге у него имелись налаженные связи с Конрадом Генлейном. Бессонов заявил, что ему лично пришлось служить посредником между генлейновцами и Троцким.

Во Франции Жак Дорио, нацистский агент и основатель фашистской Народной партии, был ренегатом коммунистической партии и троцкистом. Дорио, как и другие агенты нацизма и французские фашисты, работал в тесном контакте с французской секцией троцкистского “четвертого интернационала”.

В Испании троцкисты переполняли ряды ПОУМ, организации «пятой колонны», содействовавшей фашистскому мятежу Франко. Возглавлял ПОУМ Андрес Нин, старый друг и союзник Троцкого.

В Китае троцкисты действовали под непосредственным руководством японской военной разведки. Офицеры японской разведки высоко ценили их работу. Начальник японской осведомительной службы в Бейпине выразился в 1937 г. так: “Во имя блага и выгоды нашей империи мы должны всячески поддерживать группу троцкистов и способствовать успеху их деятельности в разных частях Китая, так как эти китайцы подрывают единство китайского народа. Они работают тонко и с большим искусством”».

Как видно из приведённого выше отрывка, реакционные круги империалистов охотно пользовались услугами троцкистов по обману рабочего класса.

Следует отметить, однако, что, несмотря на богатейший фактический материал, собранный Сайерсом и Каном в книге, они не включили при описании бесславного конца Троцкого довольно существенную вещь: раскол в IV Интернационале, который назрел уже в 1939 году.


  1. Раскол IV Интернационала в мае 1940 года


К слову, событие это было неизбежное, IV Интернационал и не мог не расколоться. Это связано в первую очередь с тем, что сами империалисты, за счёт которых и ради интересов которых и существует троцкизм, не составляют единый сплочённый лагерь. Раскол внутри троцкистов является, по сути, отражением конкурентной борьбы между различными империалистическими блоками.

IV Интернационал был официально основан в сентябре 1938 года на Учредительном съезде в Париже[4]. Одной из основных организаций, стоявших у его истоков была Социалистическая Рабочая Партия США (СРП). В 1939 г. СРП стала стала играть ключевую роль в IV Интернационале.

Дело в том, что в этом году Международный секретариат IV Интернационала переехал в Нью-Йорк, и встречи постоянного Международного исполнительного комитета (МИК) напрямую зависели от СРП. Из-за борьбы внутри СРП между сторонниками Троцкого, с одной стороны, и сторонниками Шахтмана, Эйберна и Бернхема — с другой, встречи МИК постоянно срывались.

Секретариат собирался из тех членов, которые были в это время в городе, а в большинстве это были шахтманисты. Противоречия между ними концентрировались вокруг борьбы шахтманистов с внутренней политикой СРП, а также относительно позиции о пресловутой «безусловной поддержке СССР»[5]. (Это выражение есть демагогический приём, в реальности все троцкисты искренне желали и проводили на деле политику поражения и максимального урона СССР во Второй мировой войне.)

Фракция Шахтмана (шахтманисты), составляющая около 40% членов СРП, в начале 1940 года покинула ряды СРП; вместе с ней из СРП вышла молодёжная организация американских троцкистов. Блок Шахтмана, Эйберна и Бернхема, организовав новую партию — Рабочую партию США (РПА), остался в составе IV Интернационала.

В течение марта — мая 1940 г. Шахтман написал несколько полемических открытых ответов Троцкому, в которых негодовал по поводу жёсткой позиции последнего к его партии: Троцкий назвал РПА мелкобуржуазной в связи с невнятной позицией их лидеров по определению характера общественного строя в СССР. Шахтман на это отреагировал в статье-обращении к IV Интернационалу[6]:

«Бернхем говорит, что СССР — не государство рабочих, Эйберн утверждает обратное, Шахтман представляет, как Хансен изволит выразиться, “колеблющихся”. Их блок по вопросу “защиты (СССР — прим. О.З.)” и по организационному вопросу является, следовательно, бесприципным, что типично для мелкобуржуазных партий. Давайте на минутку допустим, что наш “блок” действительно такой, как вы описываете. А сколько раз сталинисты вам предъявляли точно такие же претензии и аргументы?»

Далее, в этом же обращении Шахтман утверждает, что позиция его партии по вопросу поддержки СССР в войнах зависит от конкретной войны. РПА осуждает «нападение СССР на Финляндию, Польшу, пакт Молотова-Риббентропа и т.д.», но она однозначно будет за право на защиту СССР, если на него нападут империалистические державы с целью захвата.

Троцкий в свойственном ему оскорбительной манере в адрес своего же товарища по Интернационалу, не стесняясь в выражениях, даёт свой «анализ» внешней политики сталинского руководства. Он утверждает, что «захваты, которые осуществляет СССР», необходимо безусловно поддерживать, как неизбежно ведущие к насильственному экспорту революции (Троцкий называет этот процесс «советизацией»[7]).

При этом Троцкий частично отрекается от своего предыдущего анализа Финско-советской войны, в которой он рисовал мрачную картину её исхода для СССР и давал неутешительный прогноз для «сталинской олигархии».

Троцкий характеризует Советское государство как хоть и «деградировавшее», но «рабочее государство» и развивает мысль, что необходима очистка «социальной основы СССР от паразитической бюрократии», мол, это «гарантирует неограниченный экономический и культурный прогресс».

В статье он не перестаёт ругать Сталина лично и сталинское руководство СССР, именуя его порою «бонапартистской бюрократией». И хотя он с пеной у рта отстаивает тезис некой «защиты СССР», он утверждает, что «защищая СССР», последователи Троцкого «борются против Сталина, как и против Гитлера, гораздо более серьёзно, чем это делает Бернхем и К »[8].

Одновременно с пресловутой «защитой международных захватов СССР» (так Троцкий характеризует все войны с участием СССР), однако, Троцкий замечает, что «Сталин уничтожил партию большевиков», что он «задушил пролетарскую революцию в Испании», «предал мировую революцию под прикрытием “Народного фронта” и “коллективной безопасности”»[9].

Если внимательно вчитываться, вся аналитика международного положения, данная Троцким накануне и в начальный период Второй мировой войны, в частности, статьи Троцкого о Финско-Советской войне, а до этого – о начале Второй мировой войны, больше подходят к преамбуле к воззванию срочно ополчиться против СССР и меньше всего соответствуют заявленному Троцким лозунгу «безусловной поддержки СССР», из-за которого «ломаются копья».

В общем, Троцкий соревнуется со своим оппонентом в антисоветизме, нарушая все правила логики и приличия.

При этом оценки, протаскиваемые Троцким, более чётко выпячивают якобы имманентно агрессивный характер любого «рабочего государства», даже «вырожденного» и «тоталитарного», более открыто осуждают любые коалиции с руководством сталинского СССР, более явно передают капиталистам всего мира посыл о нежелательности помощи Советскому Союзу, подстрекая их на агрессию против СССР и давая им в руки аргументы, оправдывающие его скорейшее уничтожение, более сильно извращают смысл мировой революции и смысл защиты её колыбели и форпоста — СССР.

И правда, идея распространения мировой революции через захватнические войны – это очень сильный козырь для антисоветской пропаганды через игру на националистических настроениях, с одной стороны, а с другой, — расхолаживание революционной активности мирового пролетариата в ожидании «прибытия» революции из-за границы. Но по существу позиции Шахтмана-Бернхема и Троцкого весьма близки.

Надо отметить, что и та, и другая позиции, как и троцкистская терминология, сейчас входят в учебники истории всех, без исключения, стран мира, хотя последующий ход истории полностью подтвердил абсолютную несостоятельность троцкистских идей.

Многие термины и журналистские словечки, которыми изобилуют речи и печатные труды современных идеологов и политологов, берут своё начало из лексикона довоенных троцкистов («сталинисты», «советизация», «тоталитарный», «сталинская бюрократия» и пр.).

К примеру, термин «тоталитарный» Троцкий вводит без чёткого определения и постоянно использует применительно как к советскому (сталинскому), так и к гитлеровскому руководству (тем самым как бы уравнивая два принципиально разных и прямо противоположных друг другу общества). Скажем, в статье «Сталин после финляндского опыта» от 13 марта 1940 г. Троцкий пишет следующее (выдел. — О.З.):

«Старые большевики пытались охранять традиции партии. Советские дипломаты пытались по-своему считаться с международным общественным мнением. Красные полководцы отстаивали интересы армии. Все три группы попали в противоречие с тоталитарными интересами кремлевской клики и были поголовно истреблены…

У Гитлера есть все, что есть у Сталина: презрение к народу, свобода от принципов, честолюбивая воля, тоталитарный аппарат…

Гипноз тоталитарной (советской – прим. О.З.) пропаганды будет все больше терять силу…

Не нужно думать, что народы (СССР – прим. О.З.), сдавленные тоталитарным обручем, теряют способность наблюдать и рассуждать…

Сталину не удастся спасти неустойчивое равновесие тоталитарной бюрократии».

Читаешь иной раз современную статью на историческую тематику (и не только) и даёшься диву — слово в слово троцкистские бюллетени конца 1930-х гг.! Действительно, троцкизм – передовой отряд фашизма!

В майском обращении к IV Интернационалу Шахтман, подчёркивая в очередной раз, что считает свою РПА неотъемлемым членом IV Интернационала, призывает покончить с распрями внутри организации и, объединяя Гитлера, Сталина и Муссолини в один лагерь, а страны Франции, Англии и США — в другой, призывает «чуму на оба лагеря», проклинает войну, и провозглашает единственный выход из грядущей войны в организации «третьего лагеря».

Лозунгом этого лагеря Шахтман провозглашает войну рабочего класса против своих эксплуататоров «за рабочие места и достойные условия жизни для каждого рабочего»[10]. В общем и целом, позиция внутри IV Интернационала у Шахтмана либерально-примиренческая: он явно скатывается к реформизму, а на выпады и оскорбления Троцкого на сей раз вообще не отвечает.

На волне этих демаршей и полемики, Американская, Мексиканская и Канадская секции IV Интернационала настаивают на созыве Чрезвычайной конференции IV Интернационала. Конференция проходит тайно 19-26 мая 1940 года «где-то в Западном полушарии»[11]. Троцкий на нее не приехал, но имел все средства связи для работы с делегатами практически в режиме реального времени, не выходя со своей виллы.

Повестка дня – раскол в IV Интернационале. РПА о созыве конференции не уведомляют. Шахтман всё-таки по факту узнаёт о её созыве и пишет письмо на конференцию от имени «Политического комитета РПА, члена IV Интернационала», в котором выражает желание прислать на конференцию своих делегатов.

Конференция в ответном письме признаёт право голосовать только за делегатами от США с мандатами от СРП на формальных основаниях. Шахтману разрешается прислать делегатов только после заблаговременного согласия с итоговой резолюцией конференции[12]. Фактически это письмо говорит о том, что все дискуссии с Шахтманом закончены и с ним никто считаться более не намерен.

На этом переписка заканчивается, Шахтман не успевает ответить, как конференция принимает итоговую резолюцию.

На конференции всех последователей Шахтмана объявляют «мелкобуржуазными отступниками от большивизма», и исключают из IV Интернационала всех поддержавших Шахтмана членов секретариата (Исполкома)[13], принимая единогласно (оставшимся составом) бескомпромиссную резолюцию Троцкого практически без правок.

По сути дела Троцкий спровоцировал обвальный раскол IV Интернационала, причём перевес голосов у сторонников Троцкого («оборонцев») накануне конференции не был настолько подавляющим (а ввиду отсутствия из-за начавшейся войны ряда членов Исполкома, «пораженцы» (шахтманисты) были даже в большинстве!), чтобы играть ва-банк из-за закорючек в полностью противоречивых и демагогических тезисах.

И – о, чудо! — 24 мая 1940 г., за два дня до принятия итоговой резолюции Чрезвычайной конференции IV Интернационала, на Троцкого совершается покушение! Троцкий «чудом» остаётся в живых. Конференция включила в итоговую резолюцию осуждение «подлой попытки агентов ГПУ убить дорогого вождя IV Интернационала» и поздравления Троцкому и его семье, «удивительным образом вырвавшимся из лап кремлёвских убийц» [14].

А теперь о сути «покушения».


О. Зотов

[1] «Trotsky’s killer freed by Mexico» («Мехико освободило убийцу Троцкого», здесь и далее перевод с англ. и испанского — О.З. ), The New York Times от 07 мая 1960 г.

[2] Там же.

[3] «The impact of Trotsky’s death» («Последствия смерти Троцкого»), Social Appeal, 20.08.2018 г. https://www.socialist.net/the-impact-of-trotsky-s-death.htm (статья англоязычного ресурса троцкистов, написанная к 78-летию смерти Троцкого – прим. авторов)

[4] Founding Conference of the Fourth International, 1938  (Учредительная конференция IV Интернационала, 1938 г.) https://www.marxists.org/history/etol/document/fi/1938-1949/fi-1stcongress/index.htm

[5] Четвёртый Интернационал — Википедия https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A7%D0%B5%D1%82%D0%B2%D1%91%D1%80%D1%82%D1%8B%D0%B9_%D0%B8%D0%BD%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%BD%D0%B0%D1%86%D0%B8%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D0%BB

[6] «The Crisis in the American Party, An Open Letter in Reply to Comrade Leon Trotsky» («Кризис в Американской партии, Открытое письмо в ответ товарищу Льву Троцкому»), Шахтман, апрель 1940г. https://www.marxists.org/archive/shachtma/1940/03/crisis.htm#f3

[7] «Balance Sheet of the Finnish Events» («Сбалансированная оценка финских событий»), 25.04.1940 г., Троцкий. https://www.marxists.org/archive/trotsky/1940/04/finnish.htm

[8] Там же

[9] Там же

[10] «Against Both War Camps – For The Camp Of World Labor!», М. Шахтман, май 1940 г., («Против обоих лагерей войны – за лагерь мирового труда!») https://www.marxists.org/archive/shachtma/1940/05/mayday.htm

[11] https://www.marxists.org/history/etol/document/fi/1938-1949/emergconf/fi-emerg01.htm

[12] «Correspondence With The Workers Party», май 1940 г. («Переписка с Рабочей партией») https://www.marxists.org/history/etol/document/fi/1938-1949/emergconf/fi-emerg09.htm

[13] https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A7%D0%B5%D1%82%D0%B2%D1%91%D1%80%D1%82%D1%8B%D0%B9_%D0%B8%D0%BD%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%BD%D0%B0%D1%86%D0%B8%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D0%BB

[14] «Resolution Of Greetings To Natalia And Leon Trotsky», май 1940 г. («Резолюция с поздравлениями Натальи и Льва Троцких» https://www.marxists.org/history/etol/document/fi/1938-1949/emergconf/fi-emerg05.htm




***


Источник.


Читать далее= Об убийстве Троцкого. Часть 2.1--https://ss69100.livejournal.com/4923779.html/2020/03/11/
Tags: Троцкий, убийство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments