марафонец (marafonec) wrote,
марафонец
marafonec

Categories:

Отрывки из "Большого террора". Черновой вариант главы 5 (часть 11)

https://p-balaev.livejournal.com/2020/06/18/
Начало тут https://p-balaev.livejournal.com/2020/02/10/

Но вам же так качественно забили баки этими «тройками», что вряд ли что поняли из текста приказа, подписанного Меркуловым. Так ведь? Не поняли этого из «правозащитники» из Украины, которые включили его в сборник. На своем непонимании и погорели…
   Случилась с украинскими историками, которые нашли в архиве сенсационно-убойный для «Большого террора» документ и, не понимая смысла этого документа, его опубликовали, простейшая вещь, касаемая не только украинцев, но и российских историков: они столько лет людям парили мозги страшным НКВД, что и сами себе мозги ошпарили. Благодаря их усилиям публика сотрудников НКВД привыкла осознавать только как чекистов, для нее нквдэшник – это чекист, гпушник, только с новым названием. Так-то это так, только не совсем.
  Народный комиссариат внутренних дел еще пока РСФСР был образован 26 октября 1917 года до создания ВЧК. И до 1934 года чекисты никакого отношения к НКВД не имели. Сотрудниками НКВД были… милиционеры, в состав народного комиссариата внутренних дел входило Управление Рабоче-Крестьянской милиции. Причем, в 1923 году ВЧК был преобразован в ОГПУ СССР, в структуру союзную, а НКВД так и оставался республиканской, и в РСФСР, и в других Республиках СССР.  Милиция тоже находилась в составе НКВД Республик и, пока, только в оперативном управлении ОГПУ. До 1934 года милиционеры были сотрудниками НКВД, а вот чекисты – сотрудниками ОГПУ. Точнее, до 1930 года. В 1930-м м году УРКМ вошло в качестве управления в ОГПУ. Но до 1934 года чекисты никакого отношения к НКВД не имели.

Только в 1934 году был создан союзный Наркомат Внутренних дел. Вот уже в НКВД СССР вошли и чекисты. НКВД СССР объединил в своем составе чекистов и милиционеров в виде двух управлений – Главного Управления Государственной Безопасности (ГУГБ) и Управления Рабоче-крестьянской милиции (УРКМ). Теперь и чекисты (гэбэшники) и милиционеры стали все нквдэшниками. Поэтому, когда нам говорят о сотрудниках НКВД только как чекистах-гэбэшниках – это в корне неверно.
А в феврале 1941 года из НКВД вывели ГУГБ в отдельную структуру в виде Народного Комиссариата Государственной Безопасности (НКГБ). Пока еще временно, до июля 1941 года. А в 1943 году – окончательно. Теперь нквдэшниками остались только милиционеры.
  Но в нашем сознании закрепилось, что сотрудник НКВД – это только чекист-гэбешник. Так ведь? Историки нам так долго это внушали, что, в конце концов, как при самогипнозе, внушили и себе самим. Это привело к тому, что они в распорядительных документах Наркомата Внутренних дел о деятельности всего НКВД, стали видеть указания, приказы и распоряжения, касающиеся … только чекистов-гэбешников. Милиционеры у них выпали.
Сначала это было даже очень удобно для фальсификаторов «Большого террора», можно было все распорядительные документы НКВД о борьбе с преступностью относить в трактовках только к 58-ой статье, умалчивая, что она была в компетенции только лишь ГУГБ НКВД. Т.е., если мы с вами видим какой-нибудь распорядительный документ и самого народного комиссариата, и Советского правительства, в котором говорится о задачах и вопросах борьбы с преступностью всего НКВД, то мы должны понимать, что НКВД – это госбезопасность и милиция вместе, значит, этот документ касается не только «политических», но и обычной уголовной преступности.
  Более того, УРКМ еще при существовании ОГПУ находилось в его оперативном подчинении, а с образованием НКВД СССР, с формированием структур нового наркомата, управления НКВД, которые включали в себя органы госбезопасности и милицию, на местах возглавили бывшие сотрудники ОГПУ, чекисты- гебэшники, и, в дальнейшем кадры начальников НКВД на местах комплектовались из сотрудников госбезопасности. Это было правильно, исходя из приоритетности задач структур НКВД. Но, при этом, на начальников НКВД, как и на самого народного комиссара внутренних дел СССР, легла обязанность и ответственность за борьбу с обычной уголовной преступностью. Т.е., все распорядительные документы наркомата, относящиеся к борьбе с уголовной преступностью и охране общественного порядка, исходили за подписью самого наркома СССР и начальников НКВД на местах. Т.е., если мы, к примеру, читаем какой-нибудь приказ того же Берии о том, что сотрудники НКВД привыкли к упрощенному порядку ведения следствия, забросили агентурную работу, то почему мы этот  приказ относим на счет сотрудников госбезопасности (ГУГБ НКВД), а не на счет милиционеров (УРКМ НКВД)? Понимаете, что случилось в результате отождествления сотрудника НКВД с сотрудником госбезопасности, точнее, в результате умолчания, что и милиционеры были сотрудниками НКВД? Да из НКВД ушла в неизвестном направлении и где-то пропала задача борьбы с уголовной преступностью, в все распорядительные документы НКВД, подписанные наркомом, его заместителями и начальниками НКВД на местах, касающиеся вопросов борьбы с преступностью, стали относить только к 58-ой статье.
Вот как выше приведенный сенсационный (это я вполне серьезно – сенсационный!) приказ, подписанный Меркуловым, в котором упомянут печально знаменитый приказ Ежова № 00447 от 1937 года. Но приказ Меркулова не касался абсолютно 58-ой статьи, он касался только уголовников, как и приказ № 00447, естественно. Это абсолютно ясно, исходя из упоминания в нем УРКМ. Точнее, из упоминания в нем очень интересной «тройки». Чтобы предупредить сомнения скептиков, я воспользуюсь в качестве аргумента даже диссертацией одного историка…
Tags: Балаев П., Большой террор
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments