марафонец (marafonec) wrote,
марафонец
marafonec

Category:

Отрывки из "Большого террора". Черновой вариант главы 6 (части 1-3)

https://p-balaev.livejournal.com/2020/07/20/
Начало тут https://p-balaev.livejournal.com/2020/02/10/

Я не собирался после написания «Троцкизма» продолжать тему сталинских репрессий, к тому же - отдельной книгой. Уверен, что в последней главе я достаточно ясно описал механизм фальсификации «Большого террора» и те блудни, которые вокруг него происходят. И как вброшенные Комиссией Политбюро под руководством А.Яковлева цифры приписали историку В.Земскову, и про то, как придумывали-придумывали причины фантастической бойни 37-го года, да так придумать и не смогли, только сами запутались в своих версиях, как изобрели совершенно секретный репрессивный орган с совершенно секретным его составом, который выносил совершенно секретные приговоры, как потом умерших в заключении людей превращали в расстрелянных, выдавая по запросам родственников повторные свидетельства о смерти, как даже древние захоронения времен чуть ли не трипольцев  обозначили мемориалами в память жертв кровожадных чекистов.  Как не смогли найти ни одного свидетельства от более, чем миллиона двухсот осужденных «тройками» не к расстрелу, а к 10 годам заключения, как даже Солженицын ничего о «тройках» вспомнить не смог, как не смогли реабилитировать осужденных совершенно секретным несудебным органом…
И, честное слово, я не ожидал, что кто-то из моих читателей, прочитав «Троцкизм», задаст мне вопрос о судьбе профессора Вангенгейма, жертве «Соловецкого расстрела» 1937 года. Но такой вопрос мне был задан. Поэтому я в этой книге о «Большом терроре» именно на примере судьбы этого профессора, одного из тех, кого «Мемориал» особенно чтит, как жертву 37-го года, постараюсь примерно показать, как эти жертвы изобретались фальсификаторами.

Интересна не только судьба Вангенгейма, но и жизнь его семьи. Она показательна, уверен, что, как выражаются, кое-какие шаблоны о сталинском времени у вас будут порваны в клочья. А еще история о Вангенгейме, о его реабилитации (двухкратной!!!) как раз великолепно подходит для того, чтобы после ее перейти к целому блоку «обнаруженных» в архивах документов, с помощью которых нам объясняют, почему до 1992 года народ даже не подозревал о существовании «троек НКВД», приговоривших к расстрелу 656 тысяч человек.
В главе «Троцкизма» о «Большом терроре» я, повторюсь, постарался показать весь механизм превращения умерших в местах заключения в расстрелянных за 1937-1938 годы, более того, о «Соловецком расстреле» я выложил документ, представленный «Мемориалом», так там приговоренные в 1937 году Особой тройкой УНКВД по приказу НКВД № 00447, но Особые тройки НКВД были созданы только в 1938 году по совершенно другим приказам.  Начните сомневаться, вы увидите и в других документах такое…!  Формат книги не позволял всю фантастическую сагу о Большом терроре разобрать в рамках рассмотрения всех документов о нем. Но у вас теперь есть механизм, можно уже самим ориентироваться.
   И я не ругаю читателя, я его понимаю. 30 лет нам с вами вкладывали в головы «правду» о 37-м годе не только деятели «Мемориала», но и наша государственная пропаганда, больше того – историки-сталинизды и все называющие себя коммунистическими и левыми организации, прославляющие Сталина.  Результат этой пропаганды переварить сразу тяжело.
   Вопрос у читателя возник после прочтения им поста блогера
holera_ham:
«Многие заключенные ГУЛАГа думали, что их арест — всего лишь страшная ошибка, со временем правда всплывет, их невиновность будет доказана, а пока же в лагере стоит быть образцовыми советскими гражданами, трудиться на благо родины и использовать любую возможность, чтобы даже в нечеловеческих условиях продолжать созидательную деятельность.
В одном из первых советских лагерей, Соловецком, таких инициатив заключенных было особенно много. Так, в 1925-1937 годах там действовало "Соловецкое общество краеведения", посылавшее отчеты в Центральное бюро краеведения и Академию наук.
Один из его членов, Алексей Вангенгейм, также инициатор создания и первый председатель Гидрометеорологического комитета СССР, писал домой в 1934 году с первыми сомнениями: "Обращение к тов. Сталину, к Кагановичу, Калинину, заявление в приезжавшую Комиссию — пока безрезультатны. Тревога невольная в душе, что правда никому не нужна. Невольно подкрадываются ужаснейшие сомнения. Пока я их гоню".
9 октября 1937 года Алексей Феодосьевич был приговорен к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение менее месяца спустя в урочище Сандармох, в Карелии».
    Блогера «
holera_ham» я знаю. В моей ленте ЖЖ иногда натыкаюсь на его посты. По уровню антикоммунистического и антисоветского накала они даже не за гранью разумного, они похожи на записки маньяка. Впрочем, добрая половина людей моего поколения такие же, а этот блогер мой ровесник. Это последствия контузии, полученной в результате представления СССР периода Хрущева и Брежнева социалистическим государством, а их КПСС – коммунистической партией. Если тот социализм и тех коммунистов воспринимать как социализм и коммунистов, то точно можно стать маньяком-антикоммунистом.
Но ладно, приступим к судьбе профессора Вангенгейма. К фантастической судьбе «жертвы режима», как она представлена деятелями из «Мемориала». Начнем эту историю не с начала и не с конца, с середины. Будем пользоваться материалом, представленным в книге «Алексей Феодосьевич Вангенгейм: возвращение имени».  И спонсоры у этой книги есть: «Печатается при финансовой поддержке РосГидроМетеоцентра и РАО ЕЭС»
    Итак, «соловецкий расстрел». В книге о Вангенгейме выложено о нем два документа.
Первый за подписью Ежова:  «СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. Экз.№ 1.
              Нач. УНКВД Ленинградской области Комиссару госуд. Безопасности
             1 ранга т. Заковскому
             г. Ленинград…»
  Читатель, знакомый с географией СССР хотя бы на уровне школьной программы на «троечку», сразу задаст закономерный вопрос: «Петр Григорьевич, а почему вы «соловецкий расстрел» притянули к начальнику УНКВД Ленинградской области? Где Соловки и где Ленинградская область?».
   Да я-то здесь причем? Я-то прекрасно знаю, что Соловки находятся в Архангельской области, а в 1937 году – эта область входила в Северный край, и начальник УНКВД Ленинградской области имел к Северному краю такое же отношение, как и к Хабаровскому, т.е., никакое.  Но ведь это ДОКУМЕНТ! Давайте его читать дальше: «…В соответствии с моим приказом №00447 (разослан начальникам УНКВД) – ПРИКАЗЫВАЮ:…»
  Понятно, что сам комиссар госбезопасности 1 ранга Заковский, получив приказ наркома НКВД №00447, касающийся всех начальников УНКВД (и даже НКВД Республик), не мог догадаться, что он разослан всем адресатам. И, дабы предупредить вопрос Заковского наркому: а ты, алкаш Ежов, приказ свой разослал всем начальникам УНКВД, не забыл, или только мне отправил? – нарком о рассылке ставит Заковского в известность.
«…1. С 25-го августа начать и в 2-х месячный срок закончить операцию по репрессированию наиболее активных контр-революционных элементов, содержащихся в тюрьмах ГУГБ, осужденных за шпионскую, диверсионную, террористическую, повстанческую и бандитскую деятельность, а также осужденных членов антисоветских партий (троцкистов, эсеров, грузмеков, дашнаков, иттихатистов, муссаватистов и т.д.) и прочих контрреволюционеров, ведущих в тюрьмах ГУГБ активную антисоветскую работу.
  В Соловецкой тюрьме ГУГБ репрессированию подвергнуть также бандитов и уголовные элементы, ведущих в тюрьме преступную работу…».
    Нет, на то, что в тюрьмах ГУГБ до приказа №00447 все контрреволюционеры могли хором петь «Боже, царя храни», скандировать «Сталин- Чикатило! Ленин – шпион!», а бандиты и уголовники грабили, резали надзирателей  и никому ничего за это не было (нарком же не приказывал еще их трогать) – это ладно. Этот беспредел контриков и бандитов, творимый в местах заключения, мы из приказа №00447 еще видим.
   Здесь другое. А какое отношение вообще имел начальник УНКВД Ленинградской области к тюрьмам ГУГБ? Тюрьмы и все сотрудники НКВД, работавшие в этих тюрьмах, подчинялись не начальникам УНКВД областей и краев, а Управлению тюрем ГУГБ НКВД СССР. Заковский без разрешения начальника тюрьмы даже в тюрьму с экскурсией зайти не мог. А содержащихся во Владимирской тюрьме ГУГБ тоже Заковский должен был репрессировать? Или ему только Соловки выделили?
«2. Все перечисленные контингенты после рассмотрения их дел на Тройках при УНКВД подлежат расстрелу…»
  Как все? А в приказе 00447 – не все, часть – 10 лет лагерей. Сам нарком наплевал на свой приказ? И дела не на Тройках рассматривают! На тройках с бубенцами гимназисток румяных катают! «…после рассмотрения дел Тройками при УНКВД» писать правильно. Набрали в контору неучей!

   Стоп. А что, в Ленинградском УНКВД у Заковского было несколько Троек НКВД? Почему во множественном числе они в приказе Ежова, если данный приказ адресован только одному Заковскому?
  «3. Вам для Соловецкой тюрьмы утверждается для репрессирования 1200 человек».
  Помните старый фильм «Где находится нофелет»?  У меня такой же вопрос к тем, кто сочинял эту хрень: где находится НОФЕЛЕТ? Т.е., Соловецкая тюрьма? Какое отношение к тюрьме, находящейся в регионе ответственности УНКВД Северного края, имел начальник УНКВД Ленинградской области? Тем более, что даже к УНКВД Северного края эта тюрьма не относилась никаким боком, Соловецкая тюрьма особого назначения (СТОН) находилась в ведомстве Управления тюрем ГУГБ НКВД, была заведением центрального подчинения.
   Ладно. Черт с ним, с этим «нофелетом». Раз Родина приказала соловецких узников перебить из нагана Заковскому, то нужно исполнять. Но читаем докУмент дальше:
«4. Установить следующий порядок рассмотрения дел репрессируемых:
Начальники тюрем ГУГБ, на основании материалов оперативного учета и личных дел составляют на каждого подлежащего репрессированию подробную справку с указанием…»
Можно, я закончу с этим «нофелетом»? Сил больше нет… удивляться. Мало того, что лимит выделили Заковскому, а решать – кого репрессировать, должны начальники тюрем… Это мелочи. Другое важно, если бы этот документ писался до 60-х годов прошлого века, то пункт звучал бы так: «Начальники тюрем ГУГБ, на основании материалов агентурных дел и личных дел…».
  То, что с 60-х годов стало называться делами оперативного учета (сегодня в ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» у них такое же название), в 30-е годы называлось агентурными делами…


Отрывки из "Большого террора". Черновой вариант главы 6 (часть 2)
https://p-balaev.livejournal.com/2020/07/21/

Да весь докУмент, представленный в виде приказа наркома НКВД начальнику УНКВД по Ленинградской области Заковскому – сумасшедший бред! Вы только представьте себе картину, в Соловецкой тюрьме содержалось порядка 7 тысяч заключенных, из них 1200 вели активную антисоветскую и другую преступную деятельность, и на всех них есть материалы оперативных учетов, т.е., их преступная деятельность еще и документировалась тюремными оперативниками, которые находились в прямом подчинении у начальника тюрьмы, а начальник тюрьмы нес личную ответственность за режим содержания заключенных. И какой же был режим в тюрьме? Такой, что каждый шестой заключенный имел возможность вести преступную деятельность? Администрация тюрьмы об этом бардаке знает, сама же документирует преступную деятельность заключенных, подшивая сведения о ней в дела оперативного учета, которые тогда даже назывались иначе, агентурными делами, но принять меры к пресечению их преступной деятельности, репрессировать распоясавшихся в тюрьме антисоветчиков и уголовников, нарком НКВД приказывает не начальнику тюрьмы, а начальнику Управления НКВД даже не той области, в которой тюрьма находится. Причем, не всех, под корень, преступников репрессировать, а только 1200. Так и написано в приказе Ежова: разрешаю репрессировать 1200. Т.е., даже не 1200 заключенных вели в тюрьме особого (особого!) назначения преступную деятельность, а еще больше. Это репрессировать 1200 из их числа разрешили. Да еще и репрессировать Ежов приказал только наиболее активных! Значит, не 1200 заключенных вели в тюрьме преступную деятельность, даже не 1200 вели активную преступную деятельность, 1200 только из числа «активистов» репрессировать разрешено было… Да это же, блин, не тюрьма была, а антисоветско-бандитская малина под крышей тюремной администрации, которая эту деятельность покрывала. Да еще зачем-то сама на себя, как на покрывающую и не принимающую мер для ее пресечения в зародыше, тщательно собирала компромат, ее документируя!
  Понятное дело, что ни в каком наркомате внутренних дел такой приказ сочинить никто не мог, это сделало чудо наподобие учившегося на геолога, но геологом не ставшего Никиты Петрова, прославившегося в качестве историка сталинских репрессий и деятеля общества «Мемориал». Но ведь этот и подобный этому горячечный бред, оформленный в виде документов, обнаруженных в архивах, на ура принимается стороной, стоящей, вроде бы, на противоположной от «Мемориала» идейной платформе. Тема-то жирная! На ней можно хорошо заработать, сочиняя исторические сказки для публики, всякие страшилки про спецслужбы. Публику же особо не удивишь историей жизни даже тюрьмы особого назначения, если ее описать такой, какова она была на самом деле. А вот если – зверство и расстрелы… - слюнки у публики и потекли. Поэтому даже такие как А.И.Колпакиди, которых публика уважает за их просоветскую позицию, ничего странного в подобных приказах НКВД не видят. Впрочем, А.И.Колпакиди даже Википедия называет историком советских спецслужб. Он и насочинял кучу книг об истории советских спецслужб. Шура, екарный бабай, да какой ты на хрен историк спецслужб, если ты к этим спецслужбам никаким боком! Ты же закончил истфак универа и до начала своей писательской деятельности был преподавателем истории, что ты можешь понимать в работе спецслужб, если ты ни одного нормативного документа, регламентирующего их деятельность в глаза не видел, только потому, что для этого не просто допуск к совершенно секретным сведениям нужен, но нужно еще и занимать в этих спецслужбах определенную должность, которая предполагает допуск к этим сведениям!
   Что может рассказать о преподавательской работе человек, который даже студентом никогда не был? Только басни, разумеется. Что может рассказать человек о работе спецслужб, который даже постовым милиционером не работал? Только басни, разумеется.
Басни про то, как в 37-м году чекисты вдруг сошли с ума и начали просить лимиты на расстрелы десятков тысяч активных антисоветчиков в своих областях, о которых они знали, но деятельность их не пресекали. Историки спецслужб, никогда в них не служившие, элементарно не понимают, что они приписывают чекистам 30-х годов признание в преступном бездействии. Но это еще преступная деятельность на свободе, а более 1200 человек, ведущих активную преступную деятельность в тюрьме особого назначения… У меня только один вопрос: сочинитель приказа Заковскому каких грибочков накушался, после которых у него начались галлюцинации с картинами соловецкого расстрела?...

часть 3

Надеюсь, вы начали уже понимать, что с расстрелом профессора Вангенгейма, как и прочих заключенных Соловецкой тюрьмы что-то неладное, если в этой истории фигурируют в качестве главного доказательства преступлений сталинизма такие докУменты. Нормальный, вменяемый человек прочтет приказ Ежова Заковскому, зевнет от скуки и плюнет. Нечего там обсуждать и раскапывать. Но нас же всех стараниями многолетней пропаганды как со стороны организаций, подобных «Мемориалу», так и подыгрывающей им официальной исторической науки, подпевающих этой пропаганде коммуниздов, из нормальных, вменяемых людей превратили в полупсихов, которым мало собственного здравого рассудка, подавай еще и научное опровержение. Ведь если ученый историк В.Земсков…
   Опровержение вам нужно? Научное? Только разве, к примеру, фальшивомонетчиками занимаются ученые? Или специалисты задавать на допросах вопросы под протокол? Очень жаль, что историк Земсков успел скопытиться и не дожить до того времени, когда ему пришлось бы в кабинете следователя отвечать на очень интересные вопросы о его преступной деятельности в составе организованной группы. И я от души желаю здоровья и долголетия всем остальным, кто входил вместе с Земсковым в состав шайки, работавшей в архивах. Не торопитесь подыхать, сволочи. Доживите до времени расплаты. Очень жаль, что умерла от старости дочь профессора Вангенгейма. Иначе, расследование деятельности шайки этих «ученых» сопровождалось бы обыском в доме и этой старой кошелки. Из этой главы вы поймете, что я не напрасно применяю оскорбительные эпитеты, узнаете, что нужно было бы следователю искать у внучки «расстрелянного» профессора.
  Итак, перейдем непосредственно к самому Вангенгейму.
В 1965 году в 6-ом номере журнала «Метеорология и гидрология» вышла статья профессоров Н.П.Суворова и С.П.Хромова «А.Ф.Вангенгейм – организатор метеорологической службы СССР», в которой об аресте и смерти героя статьи было написано следующее: «Но перестройка (метеорологической службы – авт.) шла в обстановке сопротивления как со стороны «леваков», склонных, прежде всего, всё переломать. В условиях середины тридцатых годов такое сопротивление выражалось также и в клеветнических обвинениях разного рода. В результате работа А.Ф. Вангенгейма трагически оборвалась: он стал одной из первых жертв произвола и беззакония периода культа Сталина. В 1934 году вместе со своим заместителем И.И.Крамалеем и некоторыми другими сотрудниками он арестован , неизвестно за что осужден и провел восемь лет в заключении. 17 августа 1942 года он умер от болезни, по видимому вызванной условиями заключения; место его смерти неизвестно. В наши дни его честное имя восстановлено: в 1956 году А.Ф.Вангенгейм был посмертно реабилитирован».
           Первое, что мы видим, так это даже в научном журнале в 1965 году, уже при Брежневе, антисталинская пропаганда вполне себя нормально чувствовала, второе – как это так неизвестно за что осужден, если Вангенгейм был реабилитирован? Что, в акте о реабилитации и в справке о реабилитации так и было написано: приговор неизвестно за что отменен?...

Tags: Балаев П., Болшой террор
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment