марафонец (marafonec) wrote,
марафонец
marafonec

Categories:

Отец Русской Демократии снова упал с моста...

https://maysuryan.livejournal.com/2020/09/02/

Интересно, многие ли жившие в 1989 году, прочитав сегодняшние новости, испытали чувство дежавю? Ведь всё это было! Ровно так же начинался стремительный взлёт к вершинам кремлёвской власти для Бориса Николаевича Ельцина. С покушения на его жизнь. Или с разговоров о покушении — кому как нравится...
Факты же заключались в том, что 28 сентября 1989 года в 23 часа 10 минут Борис Николаевич в насквозь мокрой одежде явился в отделение милиции возле правительственных дач у подмосковного села Успенское. Он заявил, что по дороге на дачу к другу он отпустил водителя, так как захотел пройтись пешком. И тут на него было произведено нападение. По утверждению Ельцина, нападавшие затащили его в машину, отвезли в неизвестном направлении, затем надели ему на голову мешок и бросили с моста в реку. Вода была очень холодная. Однако, проплыв около 300 метров от моста вниз по течению, ему удалось выбраться на берег. Высота моста составляла около 5 метров, а глубина реки в этом месте — 1,5 метра. Охранник Ельцина Александр Коржаков позднее вспоминал: «Примчался я к посту в Успенском и увидел жалкую картину. Борис Николаевич лежал на лавке в милицейской будке неподвижно, в одних мокрых белых трусах. Растерянные милиционеры накрыли его бушлатом, а рядом поставили обогреватель. Но тело Ельцина было непривычно синим, будто его специально чернилами облили. Заметив меня, Борис Николаевич заплакал: «Саша, посмотри, что со мной сделали…»

В общем, «принесли его домой — оказался он живой». (Потом, кстати, ровно так же было с Отцом Украинской Демократии г-ном Ющенко...)
Вот такая драматичная история, которая потом бурно обсуждалась и в Верховном Совете СССР, и на митингах, и в печати.
Надо заметить, что даже тогдашняя демократическая, то есть правая оппозиция восприняла эпическое «падение Ельцина с моста» с толикой юмора и скепсиса. Об этом можно судить по популярному тогда стихотворению «Вот мост через тихую местную реку», которое спустя пару месяцев появилось в калининградской оппозиционной газете «Вестник Солидарности». Имя автора там было напечатано, но при печати эта строчка отпечаталась плохо, так что автор доселе остаётся неизвестным.
А оттуда этот стишок разлетелся очень широко, по всей стране. Но помогла ли эта ирония остановить эпический взлёт вверх Бориса Николаевича как Отца Русской Демократии, Сброшенного с Моста? Да вот ни фига не помогла...
Текст стихотворения (пояснения к нему даны в конце):

Вот мост через тихую местную реку,
С которого сбросить нельзя человека,
Поскольку по данным замера — река
Под этим мостом чрезвычайно мелка.

А вот и Борис, что с моста сброшен в реку,
С которого сбросить нельзя человека,
Поскольку по данным замера — река
Под этим мостом чрезвычайно мелка.

А вот и мешок от вьетнамского риса,
Который, по слухам, надет на Бориса,
Который был сброшен с моста прямо в реку,
С которого сбросить нельзя человека,
Поскольку по данным замера — река
Под этим мостом чрезвычайно мелка.

Вот дача, где взяли мешок из-под риса,
Который, по слухам, надет на Бориса,
Который был сброшен с моста прямо в реку,
С которого сбросить нельзя человека,
Поскольку по данным замера — река
Под этим мостом чрезвычайно мелка.
А вот и охрана, что так иль иначе
Наверное, знает про жителей дачи,
Куда привезён был мешок из-под риса,
Который натянут потом на Бориса,
Который был сброшен с моста прямо в реку,
С которого сбросить нельзя человека,
Поскольку по данным замера — река
Под этим мостом чрезвычайно мелка.

А вот и министр, который так странно
Поверил в нелепые байки охраны,
И даже измерил тот мост через реку,
В которую сбросить нельзя человека,
Поскольку по данным замера — река
Под этим мостом чрезвычайно мелка.

Вот шеф, самый главный, Большого Совета,
Который всё знает про то и про это,
Который все тайны позволил нарушить,
Когда попросил нас Министра заслушать,
Министра, который, увы, как ни странно,
Поверил в нелепые слухи охраны,
Которая явно винила Бориса,
Залезшего где-то в мешок из-под риса,
Который был сброшен с моста прямо в реку,
В которую глупо бросать человека,
Поскольку по данным замера — река
Под этим мостом неудобно мелка.

А вот и высокий чиновник Егорий —
Герой криминальных и прочих историй,
Который превыше законов и прав,
Который Борису сказал — Ты не прав!
Не любящий шефа Большого Совета,
Который всё знает про то и про это,
Который все тайны позволил нарушить,
Когда попросил нас Министра заслушать,
Министра, который, увы, как ни странно,
Поверил в нелепые бредни охраны,
Что с чьей-то подачи винила Бориса,
Гулявшего где-то в мешке из-под риса,
Который был сброшен с моста прямо в реку,
В которую глупо бросать человека,
Поскольку бросают туда, где река
Богата булыжником и глубока.

А вот и известная дама Раиса,
Которая шутку сыграла с Борисом
В чём ей помогал пресловутый Егорий,
Герой криминальных и прочих историй,
Они, чтобы выполнить лучше задачу,
Приехали утром на нужную дачу,
С собой прихватили мешок из-под риса,
В который потом и впихнули Бориса,
Который затем ими сброшен был в реку,
В которую сбросить нельзя человека,
Поскольку по данным замера — река
Под этим мостом чрезвычайно мелка.

Отсюда совсем не является странным,
Что байки Министру напела охрана,
А он побоялся расследовать это,
И кинулся к главному шефу Совета,
Который умеет проблему понять
И так убеждённо всё это подать,
Что шефу не станет никто возражать,
А будет лишь фигу в кармане держать.


В наше время это стихотворение требует некоторых пояснений.
«Министр, который так странно поверил в нелепые байки охраны» — министр внутренних дел СССР Вадим Бакатин, который заявил депутатам Верховного Совета СССР, что человек, сброшенный с моста, должен был получить тяжёлые физические повреждения, так как мост был 15-метровой высоты, а глубина реки составляла только 1,5 метра.
«Шеф, самый главный, Большого Совета» — это, разумеется, Михаил Сергеевич Горбачёв, который попросил депутатов ВС заслушать эту историю, вопреки просьбам Ельцина сохранить дело в тайне.
«Высокий чиновник Егорий» — член Политбюро и секретарь ЦК Егор Кузьмич Лигачёв, которому в текущем 2020 году исполняется ровно сто лет (да, он жив до сего дня), известный фразой, публично с трибуны сказанной Ельцину в 1988 году: «Борис, ты не прав».
«Известная дама Раиса» — конечно, Раиса Максимовна Горбачёва, жена Генсека Михаила Сергеевича.
Ну, а какие высокие и известные персоны и шефы каких больших советов ныне травили «Новичком» нового Отца Русской Демократии? Надо полагать, мы узнаем это впоследствии... :)
Tags: Ельцин
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments