марафонец (marafonec) wrote,
марафонец
marafonec

Category:

Отрывки из "Большого террора". Черновой вариант главы 6 (часть 17)

https://p-balaev.livejournal.com/2020/09/06/
Начало тут https://p-balaev.livejournal.com/2020/02/10/

Мне трудно представить, что вместо мозгов находится в головах тех, кто сочинил серию документов «Как власти скрывали масштаб репрессий от народа». О наличии у них совести я даже молчу, от этой «химеры» данные деятели избавились надежно. Но у них сначала сокрытием озаботился Л.П.Берия, который приказал всем родственникам, расстрелянных по приговорам «троек», отвечать – «10 лет без права переписки».

   Ну, хорошо. По приговорам «троек» расстреляли 656 тысяч человек. Буквально, за год. Я еще раз повторюсь, что это сопоставимая цифра с убитыми за 1914-1918 годы русскими солдатами на германо-австрийском фронте. Такой бойни, как ее ты не скрывай, народ не заметить не мог. Но он не заметил! Вплоть до обнародования данных Комиссии Яковлева советский народ даже не подозревал о таких масштабах.
    Но какой шутник вписал в приказ Берии еще и сокрытие расстрельных приговоров Военной коллегии Верховного суда? Зачем? Там же цифры совершенно другого порядка – раз. И второе, достоверно задокументированы даже на кинопленку митинги советских трудящихся, которые требовали расстрелов троцкистов и прочих вредителей. И в печати публиковались приговоры этим врагам народа.
  Но картина, если приказ Берии принимать за реальный документ, выглядит… Родственники троцкистов могли только фиги показывать тем, кто на митингах выступал за смертную казнь: «Вот вам! Выкусите! 10 лет!».

Да по пресловутому закону «о трех колосках» давали больше! Т.е., в таком разрезе даже шпионо-диверсионная деятельность наказывалась мягче, чем кража общественного имущества. По Постановлению ЦИК от 03.08.1932 года расхитителям общественной собственности грозило не меньше 10 лет с конфискацией имущества, а родственники обвиненных в шпионаже, подрывной троцкистской деятельности получали извещения – 10 лет без эпистолярного жанра. Это какие в народе поползли бы слухи? Что шпионить выгоднее и безопаснее, чем с колхозного склада уволочь телегу зерна?
  Вы как хотите, но я не могу поверить в то, что Берия был настолько тупым, если он подписал этот свой приказ, что не подумал о реакции Сталина на него. Сталин непременно узнал бы о нем и спросил бы Лаврентия Павловича: «Э-э, геноцвале, зачем ты поощряешь шпионаж и вредительство? Ты, случайно, сам не троцкист или шпион?»
   Насчет шпиона-Берии я постарался ответить, как мог понятнее и доходчивее, в книге о нем. Но даже если Берия был шпионом английским, то какое ему дело было да шпионов немецких и японских? Их-то деятельность зачем он поощрял, вбрасывая в народ информацию о максимальном наказании – 10 лет лагерей?      Их им же всем выносила приговоры Военная Коллегия Верховного суда. А уже в докладной полковника Кузнецова ясно написано, что вместо расстрельных приговором Военной коллегии было приказано отвечать – 10 лет. Даже не 15!
   Но докладной Меркулова и Ко на записку Кузнецова есть: «По существу предложения начальника 1 спецотдела НКВД СССР полковника тов. КУЗНЕЦОВА о порядке выдачи справок членам семей лиц, осужденных к высшей мере наказания бывшими тройками НКВД, Военной Коллегией Верховного Суда ССР и в особом порядке…».
     А что это за особый порядок такой, который живет отдельной жизнью от Военной Коллегии Верховного Суда ССР?
  Согласно известного Постановления ЦИК от 1934 года, дела о преступлениях против государства должны были рассматриваться безапелляционно, без возможности их обжалования. Там есть в Постановлении фраза – «не допускать». Обжалования не допускать.  Наверно, это и есть «особый порядок», во всяком случае, именно рассмотрение дел в рамках данного Постановления ЦИК особым порядком и считается в нашей историографии.
    Чуть отвлекусь. Трактуется данное Постановление как жестокое и противоправное: как так? Нельзя приговор суда обжаловать?!»
   В реальности любой более-менее грамотный юрист должен от всех этих трактовок прийти в изумление, потому что пока не найдено ни одного приговора за участие в троцкистском заговоре или за шпионаж, вынесенного в 30-х годах районным или областным судом. Все приговоры выносила Военная Коллегия Верховного суда. Которые обжаловать было … негде. Высшая судебная инстанция. Подразделение Верховного Суда.
   В этом и заключался «особый порядок» - не направлять дела в судебные инстанции по месту совершения преступления, а сразу – в высшую. Всего лишь.
 Но как в докладной Меркулова и Ко Верховная Коллегия, которая рассматривала дела в особом порядке, вдруг отделилась от особого порядка? Это ведь Коллегия рассматривала дела в особом порядке, сразу принимая их на рассмотрение после этапа предварительного, досудебного следствия, минуя все апелляционные ступеньки.
   Чтобы совсем было понятно, объясню на пальцах. Если вы, живя в Н-ском районе Н-ской области совершили преступление, то ваше дело сначала рассматривает районный суд. Его приговор вы можете, на первом этапе, обжаловать в областном суде, потом в – Верховном.  Но если ваше дело сразу направляется в Верховный суд – в какой инстанции вы его сможете обжаловать? В ЕСПЧ? Но 30-х годах прошлого века к этому ладья правосудия еще не приплыла….
   Так что,  сама фраза «… осужденных к высшей мере наказания бывшими тройками НКВД, Военной Коллегией Верховного Суда ССР и в особом порядке…»  не могла принадлежать Меркулову, это уже современность. Это уже историки, которые вообразили себя профессорами в юриспруденции…
Tags: Балаев П., Большой террор
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments