марафонец (marafonec) wrote,
марафонец
marafonec

Categories:

Клубная фига. Почему детский футбол в России в полной заднице

04.02.2016/http://batrutdinov.cont.ws//Batrutdinov

Сборная России до 17 лет уже который турнир подряд завершает чемпионат Европы в призах и квалифицируется на чемпионат мира, но успехи на международной арене – фикция. Детский футбол в стране тяжело болен, и куча проблем мешают ему прогрессировать.

Московский футбол поделен на три дивизиона: Клубную лигу, где играют команды типа ЦСКА, «Локомотива» и «Спартака», а также «Строгино» и «Чертаново», спонсируемые Сергеем Анохиным, президентом Московской федерации футбола, и несколько относительно сильных академий Москвы; Премьер-группу, где собраны академии послабее; и Высшую группу, где играют самые слабые из СДЮШОР Москвы. Год назад Клубная лига была закрытой вечеринкой, как НХЛ, куда нельзя попасть. Лишь с прошлого сезона лучшая команда Премьер-группы заменяет слабейшую в Клубной лиге.

Сезон в детском футболе в Москве делится на две части – Зимний и Летний турниры. Летний считается более престижным, а Зимний носит статус подготовительного: академии приглашают много футболистов на просмотры и экспериментируют с составами. Также на Зимнее первенство в Москву приезжают академии из других городов (в этом году до столицы доехал только «Рубин»).

Система, по которой команда повышается (или понижается) в классе, не идеальна. Например, «Буревестник» 2002 г.р. выиграл Летнее первенство в своей возрастной категории Премьер-группы. Но из-за того, что другие зачетные года выступили сильно хуже, команда вынуждена играть в Премьер-группе, а не в Клубной лиге, и этим летом. По регламенту, очки всех годов команд суммируются, и победитель общего зачета получает повышение в классе. У «Буревестника»-2002 мог быть шанс играть с топ-командами и расти, но они заложники системы. Вертикализация, появившаяся в Клубной лиге и Премьер-группе с прошлого года, все равно довольно условна.

Главная проблема, из которой вытекают второстепенные – детский футбол в России никому не нужен. Крупные футбольные агентства, которые в теории должны помогать футболистам прогрессировать, чаще всего пользуются простой схемой выбора клиентов. Вызвали в сборную? Рвет всех в таблице бомбардиров? Наш парень.

Игроков моложе 14 лет смотрят только селекционеры крупных академий, и то – если это футболисты, проявившие себя на всероссийских турнирах. Если говорить о Москве, клубы, которые просматривают такие турниры – «Спартак», ЦСКА, «Динамо», «Локомотив». Также есть команды, которые собирают лучших детей региона. В Московской области это «Сатурн», в Петербурге – «Зенит», в Татарстане – «Рубин». Остальным академиям до команд из Премьер-группы и Высшей группы дела нет.

В том, что селекционная служба хорошо развита в этих командах, есть и профит, и проблема детского футбола. С одной стороны, у ребят из глубинки появляется возможность проявить себя в футболе и выбиться в люди, с другой – непрерывное коллекционирование талантов сказывается на качестве подготовки футболистов. Академии в большей степени собирают игроков, а не учат их. Детские тренеры, к сожалению, не успевают привить никакой философии из-за большой текучки. С самого первого набора в академиях доживают до выпуска единицы. В команду приглашают ребят, у которых есть какие-то исключительные физические данные, при этом селекционеры смотрят на технику как на второстепенный навык. Условный Матьё Вальбуэна никогда бы не выпустился в российской академии.

К сожалению, в России очень мало хороших детских тренеров. В «Строгино» 2000 года главный тренер – Геннадий Скляр. Он наигрывает стандарты и комбинации, это чуть ли не единственная команда Москвы, которая умеет делать искусственный офсайд. Дети с уважением слушают Скляра на разборах и в перерывах матчей, а он создает атмосферу в команде: покупает торты на дни рождения, проверяет их школьные дневники. Это один из немногих случаев, когда тренер российской академии действительно многое дает ребятам – подавляющее большинство команд играет по примитивным схемам и тактикам, не наигрывает стандарты, а футболисты прогрессируют индивидуально, но не командно.

Одна из причин этому – подбор кадров. Во-первых, многие академии не видят разницы между тренером детей и взрослых и приглашают специалистов, которые не знакомы с детской психологией. Когда главное лицо в команде после неудачного действия 13-летнего ребенка кричит ему, что если еще раз такое повторится, тот никогда больше не выйдет на поле, это не работа с детьми, а публичная психологическая казнь.

Многие академии приглашают на роль главного тренера бывших футболистов. Сильнее всего это проявляется в «Спартаке», где в случае, если на место претендует два примерно равносильных специалиста, выбор будет сделан в пользу того, кто играл с ромбом на груди. Потому что он свой, потому что надо чтить историю, потому что спартаковский дух. Его конкурент за место главного тренера может быть тонким психологом и проработать не год и не два с детскими командами в других академиях, но все равно не получить работу.

Один из самых ярких примеров того, что звать бывших футболистов на руководящие и тренерские должности в клубы не всегда хорошая затея – Максим Боков, который работает с ЦСКА 1999 года рождения. Подбор игроков у армейцев – один из лучших в возрастной категории, но командной игры у красно-синих нет. Некоторые футболисты того ЦСКА рвали бы всех и вся, если бы выступали в условном «Динамо» и «Спартаке».

Удержание детей в академии – тоже проблема, затормаживающая развитие ребят. У спортшкол главной задачей должен быть прогресс детей, но для некоторых представителей Клубной лиги эта задача вторична. Например, главный тренер «Спартака» 2002 г.р. Евгений Сидоров, который состоит в родственных связях с директором академии, играет одним и тем же составом с минимумом ротации из тура в тур даже в Зимнем первенстве. При этом «Спартак» – клуб с самыми объемными заявками на команду. Они не хотят потерять футболистов, которые могут вдруг зажечь через несколько лет, поэтому не отпускают их в другие клубы, даже если они не играют. В академии красно-белых копятся дети (в команде 2001 года числится пять вратарей), потому что тренерский и селекционный штабы боятся получить нагоняй от руководства в случае, если он перейдет в другую московскую команду и начнет мочить.

Некоторые академии подписывают соглашения с футболистами в раннем возрасте, чтобы те не ушли в другие школы. С одной стороны, они делают правильно, стараясь удержать у себя ключевых ребят, за которых они впоследствии могут получить деньги, с другой – это усложняет жизнь самим детям, которые должны свободно выбирать академию, в которой хотели бы выступать. Есть масса причин, по которым нужно иметь возможность покидать одни школы и переходить в другие без бюрократии и баррикад. Например, футболист действует не на своей позиции, играет в команде, не соответствующей его амбициям, или, наоборот, сидит на скамейке и в резерве. Прогресс затормаживается: для того чтобы расти, нужно играть. Бумажки, которые со времен Советского Союза – главная ценность страны, душат детские таланты.

" Мы имеем право заключать трудовые договора со спортсменами старше 14 лет согласно закону о физической культуре и спорте. У нас есть команда, выступающая в ПФЛ, поэтому эти договора имеют статус, приравненный к профессиональным. Все основные футболисты на договорах и профессиональные клубы не имеют права у нас их забирать. С 14 лет разрешено подписывать договора с согласия родителей, с 15 – без согласия родителей. (Николай Ларин, директор футбольной школы «Чертаново»)"

Другая крайность – футбольные академии очень просто расстаются со своими воспитанниками. Это происходит по трем причинам.

Первая – футболист слабоват. Тогда селекционная служба подтягивает ребят, которые физически сильнее, на место уже играющих. Кого парит, что у ребенка может быть запоздалое физическое развитие и он вырастет только к 16 годам? Кого парит, что у футболиста могут быть иные сильные стороны, помимо физических данных?

Вторая – футболист не лидер команды, плюс занимает место в общежитии. У всех академий довольно маленькие интернаты, и они не могут содержать большое количество детей из других городов. Часто бывает, что перед игроками, которые не на первых ролях в академиях «Динамо», ЦСКА и «Локомотива», ставят ультиматумы: либо ищите квартиру в Москве и мы вас оставляем, либо до свидания.

Третья – футболист не тянет в финансовом плане. Это в меньшей степени относится к топ-академиям и в большей – к СДЮШОР второй половины Клубной лиги и практически всем в Премьер-группе и Высшей группе. Выделяемые Москомспортом финансы на зарплату и инвентарь не всегда тратятся по назначению: во многих клубах тренерам платят зарплаты с задержками, а футбольные мячи, форму, манишки, конусы и прочий инвентарь закупают родители. Чьи родители не могут позволить сыну выступать в футбольной академии в финансовом плане, тот завершает с футболом.

Некоторые команды берут деньги с родителей за все: не только за форму и инвентарь, но, например, за сборы или поездки на заграничные турниры. Понятно, что каждому клубу нужно выживать, но люди не должны платить деньги за сборы, потому что больше всех заинтересованы в том, чтобы сильные футболисты оставались в команде, сами академии.

Наконец, футбольные академии стараются максимально усложнить жизнь скаутам и агентам, не все из которых работают только ради того, чтобы навариться. Некоторые из них заинтересованы в прогрессе детей и помогают переходить в команды, которые им больше подходят по уровню, стилю игры и конкурентности. Контракты в 13-14 лет – это зло. Умышленно играть под разными номерами, чтобы было труднее выявить нужного футболиста – это зло. Отказ предоставить протокол матча – это зло. Работники клуба сами не понимают, как ломают в ребенке футболиста, забывая, что прогресс детей всегда должен быть выше их собственных интересов.
Tags: Детский футбол
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments