марафонец (marafonec) wrote,
марафонец
marafonec

Белорусский набат

https://wowavostok.livejournal.com/2018/03/21/

Википедия. Хаты́нь (возможно, от белор. хата — дом) — деревня в Белоруссии, уничтоженная 22 марта 1943 года карательным отрядом в качестве мести за убийство нескольких немецких военнослужащих[1]. В соответствии с принципом коллективного наказания 149 жителей Хатыни были сожжены заживо или расстреляны[2] за возможное оказание жителями деревни помощи партизанам[3]. В карательной операции участвовали «118-й шуцманшафт-батальон» и особый батальон СС «Дирлевангер»[4].

Второй раз уничтожить Хатынь хотела Фурцева
В советское время официально утверждалось, что массовое убийство жителей белорусской деревни на совести немецких солдат. На любое упоминание об участии в преступлении украинских карателей было наложено табу. Особенно усердно выгораживал «своих» первый секретарь ЦК КПУ Владимир Щербицкий. И нашел понимание и поддержку у руководства белорусской республиканской парторганизации.

Главным исполнителем карательной операции в Хатыни был 118-й полицейский батальон в составе 200 украинцев и 100 немцев. К бывшим солдатам и офицерам РККА, перешедшим на службу к гитлеровцам после «киевского котла», добавились предатели Родины из западенцев. Украинские полицаи называли себя борцами за незалежность и заявляли, что благодаря Германии это станет возможным. Батальоном командовал экс-майор польской армии Константин Смовский, начштаба у него был бывший старший лейтенант РККА Григорий Васюра. До Хатыни 118-й отметился кровавыми злодеяниями на Украине, а затем и в Белоруссии.

( Свернуть )

" Полицай Катрюк пригрелся в Канаде, тамошние власти категорически отказывались передавать его в руки советского правосудия "

21 марта в Хатыни ночевали партизаны отряда «Мститель». На следующий день они выдвинулись на шесть километров к западу, решив атаковать полицаев на перекрестке Плещеницы – Логойск – Козыри – Хатынь. Пуля народных мстителей настигла командира самой боеспособной роты батальона Ганса Вельке. Убитый гауптман был спортивным символом Третьего рейха – на Олимпийских играх 1936 года в Берлине завоевал с новым мировым рекордом золотую медаль в толкании ядра.

Из показаний полицая Степана Сахно: «Утром получили приказ выехать в сторону Логойска и устранить повреждение на телефонной линии. Командир первой роты Вельке вместе с ординарцем и двумя полицейскими ехал в легковой машине, мы – на двух грузовиках. Когда подъезжали к Большой Губе, из леса неожиданно ударили из пулеметов и автоматов по оторвавшейся от нас легковушке. Мы бросились в кювет, залегли и открыли ответный огонь. Перестрелка продолжалась всего несколько минут, партизаны, видимо, сразу отошли. Легковушка была изрешечена пулями, Вельке и двое полицейских убиты, несколько ранены.

Мы быстро наладили связь, доложили о случившемся начальству в Плещеницах, потом позвонили в Логойск, где дислоцировался эсэсовский батальон Дирлевангера. Получили приказ задержать лесорубов, которые работали неподалеку: возникло якобы подозрение об их связях с партизанами. Лакуста со своим отделением погнал их в Плещеницы. Когда на дороге показались машины – это к нам спешили основные силы батальона, люди бросились врассыпную. Им, конечно, не дали уйти: более 20 человек были убиты, многие ранены. Вместе с эсэсовцами прочесали лес, нашли место партизанской засады. Там валялось около сотни гильз. Затем цепью двинулись на восток, к Хатыни».

118-й батальон получил приказ уничтожить Хатынь вместе с ее жителями. Карательной акцией руководил Васюра. Но сценарий казни придумал «куратор» батальона штурмбанфюрер СС Эрих Кернер. По его приказу селян согнали в сарай, который обложили соломой и подожгли. Того, кто вырывался из пламени, добивали пулеметным огнем. Из 149 сожженных жителей Хатыни большую часть составляли дети, их было 76, самый маленький – семинедельный Толя Яскевич. Не свершись чудо, трагедия унесла бы еще шесть жизней. На сайте Государственного мемориального комплекса «Хатынь» читаем: «Ни один взрослый не смог остаться незамеченным. Только троим детям – Володе Яскевичу, его сестре Соне и Саше Желобковичу – удалось скрыться от гитлеровцев. Лишь двое детей из находившихся в сарае остались живы – семилетний Виктор Желобкович и двенадцатилетний Антон Барановский. Когда в горящей одежде, охваченные ужасом люди выбегали из горящего сарая, вместе с другими жителями деревни выбежала Анна Желобкович. Она крепко держала за руку семилетнего сына Витю. Смертельно раненая женщина, падая, прикрыла сына собой. Раненый в руку ребенок пролежал под трупом матери до ухода фашистов из деревни. Антон Барановский был ранен в ногу разрывной пулей. Гитлеровцы приняли его за мертвого. Обгоревших, израненных детей подобрали и выходили жители соседних деревень.

После войны дети воспитывались в детском доме в Плещеницах. Единственный взрослый свидетель хатынской трагедии, 56-летний деревенский кузнец Иосиф Каминский, обгоревший и израненный, пришел в сознание поздно ночью, когда карателей уже не было в деревне».
После войны многие палачи были преданы советскому суду и расстреляны. Полицай Васюра долгие годы считался почетным курсантом одного из советских военных училищ, работал заместителем директора совхоза. Потребовалась кропотливая работа советских чекистов, чтобы разоблачить оборотня. К сожалению, некоторым изуверам удалось избежать расплаты. Владимир Катрюк пригрелся в Канаде, тамошние власти категорически отказывались передавать его в руки советского правосудия.

52 года назад Бюро ЦК КП Белоруссии приняло решение увековечить память о хатынской трагедии. Общая концепция мемориала виделась такой: показать и невосполнимые утраты, и бессмертный подвиг наших соотечественников. Комплекс создавали архитекторы Юрий Градов, Валентин Занкович, Леонид Левин, скульптор Сергей Селиханов. «Работа над проектом захватила нас, – вспоминал Левин, – мы придумали венцы срубов на месте бывших домов, обелиски в виде печных труб, но чего-то не хватало. Заросшее травой поле, свидетель трагедии, хранило мертвое молчание. И вдруг в этой щемящей душу тишине неожиданно запел жаворонок. Звук, должен быть звук! Так родилась идея колоколов Хатыни».

Все, что было необходимо для строительства, без промедления доставлялось из любых уголков страны. 5 июля 1969 года по телевидению транслировалось торжественное открытие государственного мемориального комплекса «Хатынь».

Удивительно, но в Москве не все оценили белорусский памятник. Директор комплекса «Хатынь» Артур Зельский в книге «Хатынь. Трагедия белорусских деревень» приводит следующий факт: «Архитектор Леонид Левин вспоминал: когда мемориал был возведен... поехали в Москву, чтобы показать материалы, документы, фотографии тогдашнему министру культуры СССР Екатерине Фурцевой. Чиновница пришла в ярость. Ей очень не понравился памятник, установленный в Хатыни: изможденный старик с телом погибшего сына на руках, прообразом которого стал Иосиф Каминский. Она отдала приказ сровнять все с землей. Нашлись всего два человека, которые смогли сказать нет: Петр Машеров и Петр Демичев».
За прошедшие полвека мемориал посетили миллионы. Артур Зельский считает, что наступило время взглянуть на мемориальный объект такого уровня, как «Хатынь», еще шире и масштабнее. «Надо открывать очередные страницы нашего общего прошлого. Именно на это нацелена работа специалистов мемориала».

Автор: Михаил Стрелец

Источник: vpk-news.ru
Tags: Хатынь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments